«Прекрасная шоколадница» – картина, которая стала одной из первых торговых марок. Лиотар голландская девушка за завтраком


«Прекрасная шоколадница» – картина, которая стала одной из первых торговых марок

В 1881 году Генри Пирс — президент Walter Baker, ведущей компании США по производству какао и шоколада — приехал в Европу, чтобы познакомиться с методами производства какао. В дрезденской Королевской галерее он увидел картину Лиотара. Его впечатлил и сам портрет, и его романтическая история — и с тех пор «Прекрасная шоколадница» стала одной из первых зарегистрированных торговых марок в экономической истории.

Жан-Этьен Лиотар. Прекрасная шоколадница. 1745, 82.5×52.5 см. Пастель, пергамент

«Прекрасная шоколадница» (фр. — La Belle Chocolatière, нем. — Das Schokoladenmädchen) — портрет аккуратно одетой красавицы, изящно держащей поднос с чашкой горячего шоколада и стаканом воды, — одна из самых известных работ Жан-Этьена Лиотара и жемчужина Галереи старых мастеров в Дрездене.

Картину считали шедевром ещё при жизни художника.

Образ был создан между 1743-м и 1745-м годами при дворе австрийской императрицы Марии Терезии. В то время швейцарский художник находился в Вене, где писал портреты правительницы и её супруга.

Жан-Этьен Лиотар. Портрет императрицы Марии-Терезии. 1762, 62×50 см. Пастель, пергамент

3 февраля 1745 года картину приобрёл у Лиотара в Венеции граф Франческо Альгаротти, который был арт-агентом двух монархов — прусского короля Фридриха II и польского короля Августа III Саксонца.

Он писал своему другу, искусствоведу Пьеру-Жану Мариетту:

«Я КУПИЛ КАРТИНУ ПАСТЕЛЬЮ ОКОЛО ТРЁХ ФУТОВ ВЫСОТОЙ, НАПИСАННУЮ ЗНАМЕНИТЫМ ЛИОТАРОМ. НА НЕЙ ИЗОБРАЖЕНА МОЛОДАЯ НЕМЕЦКАЯ ГОРНИЧНАЯ В ПРОФИЛЬ, НЕСУЩАЯ ПОДНОС СО СТАКАНОМ ВОДЫ И ЧАШКОЙ ШОКОЛАДА.КАРТИНА ПОЧТИ ЛИШЕНА ТЕНЕЙ, С БЛЕДНЫМ ФОНОМ И СВЕТОМ, КОТОРЫЙ ИДЁТ ИЗ ДВУХ ОКОН, ОТРАЖЁННЫХ В СТАКАНЕ.ОНА НАПИСАНА ПОЛУТОНАМИ С НЕЗАМЕТНЫМИ ПЕРЕХОДАМИ СВЕТА И ИСПОЛНЕНА В СОВЕРШЕНСТВЕ… И ХОТЯ ЭТО ЕВРОПЕЙСКАЯ КАРТИНА, ОНА МОЖЕТ ПОНРАВИТЬСЯ КИТАЙЦАМ, КОТОРЫЕ, КАК ВЫ ЗНАЕТЕ, ЯВЛЯЮТСЯ ЗАКЛЯТЫМИ ВРАГАМИ ТЕНЕЙ. ЧТО КАСАЕТСЯ СОВЕРШЕНСТВА РАБОТЫ, ТО ЭТО ГОЛЬБЕЙН В ПАСТЕЛИ».

Картина входит в коллекцию Галереи старых мастеров в Дрездене с 1855 года.

Кто был моделью для «Прекрасной шоколадницы», достоверно не установлено. Вероятнее всего, это одна из незамужних девушек при дворе, поразившая живописца своей красотой.

В те дни было принято призывать ко двору юных прелестниц из семей «низшего» дворянства и делать их компаньонками для дам из «высшего» дворянства.

Жан-Этьен Лиотар. Голландская девушка за завтраком. 1757. Масло, холст. Государственный музей, Рейксмузей, Амстердам

Очень часто утверждается, что Лиотару позировала Анна (Аннель или Наннель) Бальтауф — дочь обедневшего кавалера Мельхиора Бальтауфа, которую, возможно, пригласили ко двору в качестве такой наперсницы.

Молодой князь фон Дитрихштейн, якобы, был поражён её красотой, влюбился и женился — приведя в смятение весь высший свет.

Эту легенду поддерживала американская шоколадная компания Walter Baker & Company, которая использовала «Прекрасную шоколадницу» Лиотара в качестве своего логотипа с 1883 года.

В небольшом буклете с рецептами 1913 года было написано: «Неясно, было ли обязанностью Анны подавать шоколад или же она была светской красавицей, которая позировала в таком костюме.

Но как бы то ни было, своей красотой она так поразила князя Дитрихштейна, что он женился на ней. Этот брак породил множество разговоров в австрийском обществе. Кастовые предрассудки в Вене всегда были очень сильны, а дочь простого дворянина не считалась подходящей партией для придворного…»

Жан-Этьен Лиотар. Завтрак. 1754. Пастель, пергамент. Баварское государственное собрание картин, Мюнхен

Более романтическая версия этой истории гласит, что молодой Дитрихштейн пришёл в венское кафе чтобы попробовать новомодный напиток — горячий шоколад. Там он и встретил Анну Бальтауф, которая обслуживала посетителей.

Он мгновенно влюбился в девушку и следующие несколько недель приходил в заведение практически ежедневно. В конце концов, он женился на своей пассии, несмотря на сопротивление высшего дворянства.

В качестве свадебного подарка он заказал Лиотару портрет невесты в той одежде, в которой встретил её впервые.

Жан-Этьен Лиотар. Автопортрет «Лиотар смеющийся». Ок. 1770. Женевский музей искусства и истории

Несмотря на то, что начало истории «Прекрасной шоколадницы» больше похоже на сказку, её продолжение хорошо задокументировано. В 1881 году Генри Пирс — президент Walter Baker, ведущей компании США по производству какао и шоколада — приехал в Европу, чтобы познакомиться с методами производства какао.

В дрезденской Королевской галерее он увидел картину Лиотара. Его впечатлил и сам портрет, и его романтическая история — и с тех пор «Прекрасная шоколадница» стала одной из первых зарегистрированных торговых марок в экономической истории.

С 1880-х образ Анны Бальтауф был запечатлён и растиражирован на миллионах банок какао и рекламных буклетов.

Примерно в 1900 году «Прекрасная шоколадница» вдохновила художника Яна Мюссе (вероятнее всего, это был он) на создание образа «медсестры» для торговой марки Droste.

В описании было сказано, что «иллюстрация указывает на полезный эффект шоколадного молока и неразрывно связана с названием Droste».

Во время Второй мировой войны немцы перевезли оригинальную картину в крепость Кёнигштайн. Хрупкому произведению удалось перенести холод и сырость.

Пастель вернулась в Дрезден после того, как нацисты отступили под натиском советских войск.

Из: www.izbrannoe.comПо материалам: Артхив

madaw.ru

Кофе • Arzamas

Автор Мария Пироговская

1 / 3

Ян Лёйкен. За столом в кофейне. Нидерланды, 1711 годRijksmuseum

2 / 3

Жан-Этьен Лиотар. Голландская девушка за завтраком. Швейцария, около 1756 годаRijksmuseum

3 / 3

Йозеф де Грот. Девочка с кофемолкой. Нидерланды, вторая половина XIX векаRijksmuseum

В западноевропейских культурах запах кофе считается запахом комфорта: он ассоциируется со «временем для себя» — завтраком или рабочим переры­вом, с успокаивающей работой кофе-машины, с минутным гедонистическим выбором (эспрессо или капучино?), со сладкой выпечкой. Запах кофе культи­вируют торговые моллы, дизайнеры которых стараются организовать прост­ранство так, чтобы на каждом этаже было по кофейне. Запах кофе (и булочек) может культивировать целая страна (хороший пример тому — Финляндия, Норвегия и Швеция, мировые лидеры по потреблению кофе). Общеевропей­ский успех, которого кофе достиг на сегодняшний день — хоть в виде глотка ристретто, хоть в виде полу­лит­ровой кружки с муми-троллем, — объясня­ется сочетанием диететики и праздности.

С конца XVI века, когда венецианские купцы привезли кофе в Европу, аромату и вкусу кофе приписывались свойства пищеварительные, раздражающие и сти­мулирующие движение телесных жидкостей, сушащие, горячительные и воз­буждающие. Эти же свойства вызывали беспокойство у медиков:

«Сия жид­кость… трогает и оскорбляет чувствительные жилы и причи­няет беспорядок и расстройку во всей машине телесной. Кофий никак не приличествует моло­дым людям, и сколь многие молодые девушки и женщины от злоупотребления сего питья должны недуговать и раз­ными страдать припадками…»  Путь к здравию, или Наука сохранять свое здоровье. М., 1791. Пер. Фомы Барсука-Моисеева. 

Некото­рые врачи разрешали кофе лишь тем, кто занят сидячей работой: таким людям стимулирующий аромат был необходим.

Открытие кофеен в середине XVII века (первенство до сих пор оспаривают Ве­не­ция и Оксфорд) сделало кофе первым безалкогольным напитком, вышед­шим в публичную сферу: кофейни были аналогом клубов и салонов, в которых об­суждались политические новости. Одновременно он оставался напитком пре­стижным. Наряду с другими экзотическими импортными новинками — чаем и какао — кофе пили состоятельные люди, и лишь во второй половине XVIII ве­ка он начал спускаться вниз по социальной лестнице. Социальные оттенки вкуса и запаха становились все более нюансированными: подобно современ­ным знатокам, поднимающим бровь над словом «американо», русские бытопи­са­тели насмехались над старомодной привычкой добавлять в кофе ваниль или пережаренным и переваренным кофе мещан.

Источники

  • Classen C., Howes D., Synnott A. Aroma: The Cultural History of Smell. NY, London: Routledge, 1994.

arzamas.academy

Jean-Etienne Lyotard - Biography, Interesting Facts, Famous Artworks

Жан-Этьен Лиотар (Jean-Etienne Liotard, 22 декабря 1702 — 12 июня 1789) — один из самых востребованных европейских портретистов своей эпохи, выдающийся пастелист.

Особенности творчества Жана-Этьена Лиотара. Художник владел всеми материалами, включая эмаль и масло, однако наибольшей виртуозности достиг в работе пастелью. Он великолепно передавал текстуру тканей, детали и покрой одежд, а потому его картины — превосходный отчёт о моде того времени. На портретах Лиотара натурщики изображены на простом фоне при характерном освещении и на удивление правдиво. Многие произведения, выполненные на веленевой бумаге, выглядят гладкими, словно фарфоровыми. Рецепт обработки бумаги, найденный в записях художника, включал пемзу и рыбный клей. В нескольких случаях мастер работал на специально подготовленном холсте.

Известные картины Жана-Этьена Лиотара: «Прекрасная шоколадница», «Голландская девушка за завтраком», «Портрет Мари Фарг, жены художника», «Мария-Фредерике ван Рид-Атлоне в семилетнем возрасте», «Натюрморт с чайным сервизом«

Самоучка и неудача Авимелеха

Жан-Этьен Лиотар был младшим сыном торговца из Монтелимара, осевшего в Женеве. Обучение он начинал с миниатюр и росписи эмалью, а в возрасте 21 года отправился в Париж, где поступил на три года в мастерскую гравёра Жана-Батиста Массе. Возможно, именно там он видел работы Розальбы Каррьеры и Жан-Марка Натье, но, судя по всему, его не привлекала участь копииста.

Похоже, Лиотар не завершил традиционного французского обучения и к 1726 году работал самостоятельно. В 1732-м он выставил на конкурс в Академии живописи и скульптуры свою картину «Первосвященник Авимелех даёт Давиду меч Голиафа». В то время 30-летний швейцарец был уже намного старше большинства лауреатов: Франсуа Буше, Шарль-Жозеф Натуар и Шарль-Андре ван Лоо стали победителями ещё не достигнув 21 года. Но, в любом случае, довольно деревянное (если судить по сохранившейся старой фотографии) произведение на религиозную тему не принесло своему автору приза.

Из того периода мало что дошло до наших дней. Работ эмалью и маслом значительно больше, чем пастелью, а лучшей картиной на сегодняшний день считается недатированный портрет Жана Дасье.

Полкило цехинов

После неудачи в Париже в 1735 году Лиотар отправился в Рим, Неаполь и Флоренцию. В Италии он привлёк внимание виконта Данканнона, который пригласил художника в путешествие в Левант, как тогда назывались ближневосточные страны. Во время четырёхлетнего пребывания в Константинополе живописец адаптировался к местным обычаям и стал одеваться «по-турецки». Многие искусствоведы впоследствии пытались отыскать восточное влияние на творчество и характер мастера. Можно сказать, что это отвлекало внимание от его истинного гения, корни которого прочно уходили в портретные традиции Западной Европы.

Помимо этого, «образ турка» сыграл большую роль в становлении популярности Лиотара в Европе, жители которой были восприимчивы к подобной экзотике.

В 1743 году, после поездки в Молдавию, Лиотар отправился в Вену, где имел ошеломительный успех при дворе и написал императорскую семью. Там же, как полагает большинство искусствоведов, была создана и знаменитая «Прекрасная шоколадница», которую художник привёз в Венецию. Картина настолько впечатлила Франческо Альгаротти, агента королей Пруссии Фридриха II и Польши Августа III Саксонца, что тот купил пастель за 120 цехинов (золотых монет, общий вес которых составлял почти полкилограмма).

«Турок» и короли

Из Венеции Лиотар вернулся в Вену, затем поехал в Байройт, оттуда — Дармштадт, а после в Женеву и Лион. К 1747 году его известность была такова, что в трактате о международной торговле отмечалось: «В Европе найдётся не так много художников, которые смогут одержать победу над Лиотаром в искусстве портрета».

В 1748 году мастер возвратился в Париж, на этот раз — с длинной бородой. Вскоре его представил ко двору главный маршал Франции Мориц Саксонский. Вероятнее всего, Лиотар адаптировал свою технику к французским вкусам. За портреты членов королевской семьи ему платили от 300 до 360 ливров (за один, правда, 800). Это была обычная ставка для парижских портретистов того времени, хотя расценки другого популярного пастелиста, Мориса Кантена де Латура, были намного выше. С 1750 года Лиотар подписывался как «peintre du roi», то есть королевский художник. Он был принят в Академию святого Луки, и одно из его произведений хранилось там вплоть до роспуска организации в 1774 году.

В 1753-м Лиотар отправился в Лондон, где пробыл два года. Он практически сразу был представлен члену королевской семьи, о чём свидетельствует заметка в ежедневной газете Old England от 3 марта 1753 года: «На этой неделе турецкий джентльмен, недавно приехавший сюда, очень известный в портретной живописи и знавшийся в Турции с сэром Эверардом Фолкнером, был представлен Его Королевскому Высочеству герцогу Камберлендскому (Уильяму Августу, третьему сыну короля Георга II, — прим. автора) и принят любезно. Этот джентльмен был одет по обычаям своей страны и примечателен своей длинной бородой, интересной формы и завитой».

Августа, принцесса Уэльская заказала Лиотару серию пастельных портретов членов королевской семьи (они до сих пор хранятся в Королевском собрании). Четыре из них (включая рамы и стекло) стоили 108 гиней. А уже упомянутый лорд Данканнон (впоследствии — 2-й граф Бессборо) заплатил 200 гиней за «Завтрак» (Le Déjeuner Lavergne) — это самая высокая цена, которую Лиотар получил при жизни за свою работу (примерно 60 тыс. долларов США в 2015 году, в четыре раза больше, чем стоила «Прекрасная шоколадница»).

Педант без воображения

По некоторым оценкам, в Лондоне художник за год зарабатывал 6 — 7 тыс. фунтов стерлингов (что несколько маловероятно, поскольку подразумевает пару сотен портретов). Естественно, это вызывало негодование его английских конкурентов. Один из них, неназванный, возмущался в прессе: «В то же время у нас есть Фрэнсис Котс, который в пастели безгранично превосходит его». Политический сатирик Джон Шеббеар сделал подобное сравнение (не называя Лиотара напрямую), но вместе с тем осудил англичан за то, что измеряют «ценность его работ длиной его бороды». «Его цены в два раза выше, чем у других; и всё же, если бы не борода, он не был бы лучшим художником, не настолько хорошим, как многие, проживающие в Лондоне», — считал Шеббеар.

Один из современников Лиотара отметил: сходство у него слишком точное, чтобы нравиться натурщикам. «Лишённый воображения, он не мог изобразить того, что не находилось у него перед глазами […]. Веснушки, следы оспы — всё оставалось на местах не столько ради точности воспроизведения, сколько потому, что он не мог представить себе отсутствия чего-то, что видел перед собой», — писал критик. В итоге, по его словам, художник «заработал много в первый год и совсем мало в следующий».

Собственный стиль Лиотара, несомненно, частично был результатом незавершённого традиционного обучения. Например, это видно по портрету Вильгельмины фон Бранденбург-Байройт, где неосвещённая половина лица помещена на тёмный фон, что нарушает основное правило, требующее, чтобы эта часть заднего плана была самой светлой. Сэр Джошуа Рейнольдс сказал: «Его картины — это то, что выходит у дам, когда они рисуют для развлечения». Но за этими словам скрывается страх перед исключительной педантичностью и правдивостью работ самоучки, которые Рейнольдс уничижительно называл «аккуратными».

Борода в коробке

В 1755 году Лиотар вернулся в Голландию, где годом позже женился на Мари Фарг, дочери французского купца-протестанта, жившего в Амстердаме. Для этого художник пожертвовал своей бородой, и по инициативе госпожи Лиотар этот факт широко освещался. Даже в переписке Вольтера с австрийским графом Карлом фон Цинцендорфом обсуждалась требовательность супруги живописца, а The European magazine приукрасил репортаж, написав, что во время церемонии бракосочетания борода была уложена в специальную коробку.

Во время пребывания в Голландии Лиотар сделал большое количество портретов, а затем вновь отправился в путешествие в Женеву, Вену, Париж, Нидерланды, Лондон, Бирмингем и снова в Вену.

Будучи в Женеве примерно в 1765 году, художник взял 14-летнего Луи-Ами Арло — единственного официально известного ученика. Через два года мальчик уехал в Париж. Есть свидетельства о ещё одном студенте, которого Лиотар привлекал к написанию портрета Руссо в 1764 году. Но после смерти своего отца молодой человек покинул мастера, и идентифицировать его не удалось.

Помимо прочего Лиотар собирал и продавал работы старых мастеров. В 1761 году его студию посетил агент маркграфини Каролины Луизы Баденской и составил для своей патронессы список из 17 картин, в основном голландских мастеров. Из них аристократка выбрала пять. Десять лет спустя Лиотар выставил в Париже 126 картин — как своих, так и предшественников. Большинство из них остались непроданными. В 1773 году в его доме в Лондоне была организована ещё одна распродажа.

Пастель или… пастель?

Лиотар работал с разными материалами, включая эмаль и масло, но его талант наиболее полно раскрылся именно в пастели. Нам известны 15 его автопортретов. Один из них — созданный в 1744 году — висел в галерее Уффици ещё при жизни художника. Другой, выставленный в Королевской академии в 1773 году, критики описывали как «очень смелый».

В своём «Трактате о принципах и правилах живописи» он заявил о неприятии видимых штрихов пастели, аргументируя тем, что «они не встречаются в природе». Чтобы достичь «эффекта эмали», Лиотар втирал пастель глубоко в поверхность, используя саму палочку, а не специальный стержень. Это меняло отражательную способность материала по сравнению с более лёгким нанесением, и — особенно в сочетании со светимостью пергамента — придавало его работам особенный внешний вид.

Предполагается, что художник сам изготавливал пастель. На некоторых его ранних работах (например, изображениях членов французской королевской семьи или картине «Пишущий») есть блики, сделанные гуашью, а на других — короткие штрихи, нанесённые, судя по всему, мокрым концом пастельной палочки. Впрочем, химический анализ может показать, что гуашь на самом деле — это измельчённая пастель, смешанная с жидкостью. В ряде случаях крошечные сухие блики, возможно, нарисованы свинцовыми белилами.

Зелёный голубой мундир

Веленевая бумага особо предрасположена к плесени, а самообучение Лиотара и, возможно, самодельная пастель стали причинами других проблем, которые сегодня возникают со многими его работами. Краповые (ярко-красные) фрагменты, в частности, иногда кажутся незавершёнными. Однако этот пигмент славится слабой светостойкостью. Наиболее известный пример — портрет Георга III, чей некогда красный камзол утратил свой цвет. Кроме того, на обеих версиях портрета Морица Саксонского в разной степени выцветает жёлтый пигмент, что объясняет, почему зелёный мундир драгунского полка становится голубым.

В отличие от Мориса Кантена де Латура, Лиотар не создал школу или движение. Другие художники, возможно, реагировали на его творчество, но редко следовали ему (не считая бесчисленного количества копиистов).

Автор: Влад Маслов

artchive.ru

Шедевр Лиотара приобретен амстердамским Рейксмюзеумом

Недавно стал известен покупатель, который в июле 2016 года приобрел на аукционе Sotheby’s за 5 миллионов 695 тысяч долларов картину швейцарского художника Жана Этьена Лиотара. Им оказался Рейксмюзеум в Амстердаме. Музей объявил о покупке, когда Великобритания выдала лицензию на вывоз картины. Сейчас холст уже выставлен в его залах.

Картина «Голландская девушка за завтраком» («Девушка, наливающая шоколад») была написана Лиотаром в 1756 – 1757 годах. Это довольное редкая для данного живописца работа, выполненная маслом. Из дошедших до наших дней Лиотара 540 картин нарисованы пастелью и лишь 30 написаны маслом. Холст сравнительно небольшого размера: 47 на 39 сантиметров.

Художник испытал значительный интерес к творчеству мастеров Золотого века голландской живописи, и «Голландская девушка за завтраком» стала его откликом на их шедевры. На картине изображена скромно одетая молодая горожанка за столиком, наливающая в чашку напиток. Историки живописи не сошлись во мнениях, что именно она наливает: кофе или шоколад. Вокруг классический голландский интерьер: простой деревянный шкаф, устройство для согревания ног на полу, на стене изображен фрагмент типичной голландской картины XVII века с церковным интерьером. Сотрудники Рейксмюзеума говорят, что Лиотар стал одним из первых зарубежных живописцев, в чьем творчестве проявилось влияние голландских художников XVII века.

Лиотар поселился в Нидерландах в 1755 году, а на следующий год в Амстердаме состоялась его свадьба с Марией Фарг, родившейся и выросшей в Голландии, но происходившей, как и сам Лиотар, из семьи гугенотов. Хотя в 1762 году Лиотар покинул Нидерланды и жил в дальнейшем в Вене, Париже, Лондоне и Женеве, его старший сын позднее поселился в Амстердаме, и благодаря ему в Рейксмюзеуме уже имеется значительная коллекция работ Лиотара.

Написав «Голландскую девушку за завтраком», Лиотар не расставался с этой картиной два десятка лет, пока в 1774 не продал ее в Лондоне на аукционе Christie’s. Покупателем стал постоянный покровитель и личный друг художника сэр Уильям Понсонби, 2-й граф Бессборо, собравший коллекцию из семидесяти работ Лиотара. Семейство Понсоби владело картиной 242 года, пока, наконец, не выставило ее на продажу, чем и воспользовался Рейкстюзеум.

Сейчас «Голландская девушка за завтраком» экспонируется в Почетной галерее музея, рядом с «Молочницей» Вермеера. В конце января ее перенесут на постоянное место в галерее искусства XVIII века.

polit.ru

Жизнь, сотканная из легенд. Жан-Этьен Лиотар.

Жизнь, сотканная из легенд. Жан-Этьен Лиотар.

«Автопортрет»

Загадочные обстоятельства рождения Жана-Этьена Лиотара ( 22 декабря 1702 —12 июня 1789), тринадцатого ребенка в семье Анны и Антуана Лиотар, полная приключений молодость, проведенная при блестящих дворах европейских монархов, путешествие в Константинополь и возвращение оттуда «турецким художником», странные отношения с супругой и туманная история создания знаменитой пастели «Прекрасная шоколадница» - далеко не все тайны, окружающие личность швейцарского мастера.

«Прекрасная шоколадница»«Прекрасная шоколадница» (фр. – La Belle Chocolatière, нем. – Das Schokoladenmädchen) – портрет аккуратно одетой красавицы, изящно держащей поднос с чашкой горячего шоколада и стаканом воды, – одна из самых известных работ Жан-Этьена Лиотара и жемчужина Галереи старых мастеров в Дрездене. Картину считали шедевром ещё при жизни художника.Образ был создан между 1743-м и 1745 годами при дворе австрийской императрицы Марии Терезии. В то время швейцарский художник находился в Вене, где писал портреты правительницы и её супруга.3 февраля 1745 года картину приобрёл у Лиотара в Венеции граф Франческо Альгаротти, который был арт-агентом двух монархов – прусского короля Фридриха II и польского короля Августа III Саксонца. Он писал своему другу, искусствоведу Пьеру-Жану Мариетту: «Я купил картину пастелью около трёх футов высотой, написанную знаменитым Лиотаром. На ней изображена молодая немецкая горничная в профиль, несущая поднос со стаканом воды и чашкой шоколада. Картина почти лишена теней, с бледным фоном и светом, который идёт из двух окон, отражённых в стакане. Она написана полутонами с незаметными переходами света и исполнена в совершенстве… и хотя это европейская картина, она может понравиться китайцам, которые, как вы знаете, являются заклятыми врагами теней. Что касается совершенства работы, то это Гольбейн в пастели».Картина входит в коллекцию Галереи старых мастеров в Дрездене с 1855 года.Кто был моделью для «Прекрасной шоколадницы», достоверно не установлено. Вероятнее всего, это одна из незамужних девушек при дворе, поразившая живописца своей красотой. В те дни было принято призывать ко двору юных прелестниц из семей «низшего» дворянства и делать их компаньонками для дам из «высшего» дворянства.Очень часто утверждается, что Лиотару позировала Анна (Аннель или Наннель) Бальтауф – дочь обедневшего кавалера Мельхиора Бальтауфа, которую, возможно, пригласили ко двору в качестве такой наперсницы. Молодой князь фон Дитрихштейн, якобы, был поражён её красотой, влюбился и женился – приведя в смятение весь высший свет.Эту легенду поддерживала американская шоколадная компания Walter Baker & Company, которая использовала «Прекрасную шоколадницу» Лиотара в качестве своего логотипа с 1883 года. В небольшом буклете с рецептами 1913 года было написано: «Неясно, было ли обязанностью Анны подавать шоколад или же она была светской красавицей, которая позировала в таком костюме. Но как бы то ни было, своей красотой она так поразила князя Дитрихштейна, что он женился на ней. Этот брак породил множество разговоров в австрийском обществе. Кастовые предрассудки в Вене всегда были очень сильны, а дочь простого дворянина не считалась подходящей партией для придворного…».Более романтическая версия этой истории гласит, что молодой Дитрихштейн пришёл в венское кафе чтобы попробовать новомодный напиток – горячий шоколад. Там он и встретил Анну Бальтауф, которая обслуживала посетителей. Он мгновенно влюбился в девушку и следующие несколько недель приходил в заведение практически ежедневно. В конце концов, он женился на своей пассии, несмотря на сопротивление высшего дворянства. В качестве свадебного подарка он заказал Лиотару портрет невесты в той одежде, в которой встретил её впервые.Несмотря на то, что начало истории «Прекрасной шоколадницы» больше похожа на сказку, её продолжение хорошо задокументировано. В 1881 году Генри Пирс – президент Walter Baker, ведущей компании США по производству какао и шоколада – приехал в Европу, чтобы познакомиться с методами производства какао. В дрезденской Королевской галерее он увидел картину Лиотара. Его впечатлил и сам портрет, и его романтическая история – и с тех пор «Прекрасная шоколадница» стала одной из первых зарегистрированных торговых марок в экономической истории. С 1880-х образ Анны Бальтауф был запечатлён и растиражирован на миллионах банок какао и рекламных буклетов.Примерно в 1900 году «Прекрасная шоколадница» вдохновила художника Яна Мюссе (вероятнее всего, это был он) на создание образа «медсестры» для торговой марки Droste. В описании было сказано, что «иллюстрация указывает на полезный эффект шоколадного молока и неразрывно связана с названием Droste».Во время Второй мировой войны немцы перевезли оригинальную картину в крепость Кёнигштайн.

Жан-Этьен Лиотар был тринадцатым ребенком в семье французского купца, покинувшего родной Монтелимар «по неким религиозным причинам» и укрывшегося в Женеве. Жан-Этьен и Жан-Мишель оказались художественно одаренными детьми и с ранних лет проявляли интерес к рисованию и живописи. В то время женевской школы живописи еще не существовало (она сложится к концу XVIII века), зато преподавалась техника миниатюры и эмали – ремесел, связанных с производством часов и украшений. В юности Жан-Этьен учился у миниатюриста Даниэля Гарделя, затем продолжил образование в Париже. Но именно в годы странствий по Италии художник открывает для себя пастель, которая станет его любимой техникой и прославит имя Лиотар на всю Европу.

«Голландская девушка за завтраком»«Голландская девушка за завтраком» — это личная ода Жана-Этьена Лиотара Золотому веку нидерландской живописи. Швейцарский художник создал работу в стиле голландских мастеров XVII столетия примерно в 1756 году — во время пребывания в Голландии. Спустя почти 20 лет её приобрёл Уильям Понсонби, 2-й граф Бессборо, большой друг и покровитель живописца. Потомки аристократа передавали картину из поколения в поколение в течение 240 лет. На момент продажи в 2016 году это была единственная жанровая сцена Лиотара, написанная маслом, которая оставалась в частных руках.

Позднее, в своем «Трактате о живописи » Лиотар объяснит: живопись – «зеркало всего самого прекрасного, что предлагает нам Вселенная», и если «в произведениях природы мазков не видно», то их не следует показывать и на картине.Неповторимым стилем отличались не только полотна Лиотара, но и его внешность. Из поездки в Константинополь, куда он отправляется по приглашению английского лорда, Лиотар вернется знаменитым не только благодаря своему таланту и необыкновенным пастелям, но и… бороде. В Европе художника окрестят «турком» за эффектную бородку и восточные одежды, и это только добавит ему популярности. Так что жизнь Лиотара была не менее насыщенной, чем его творческая деятельность.Чего не скажешь о его брате-близнеце: получив образование гравера в Париже и совершив небольшое путешествие по Италии, Жан-Мишель возвращается в Женеву. Если он не стал таким же великим художником, как его брат, то в семейной жизни, кажется, преуспел гораздо больше: во всяком случае, Жан-Мишель был спокойным примерным семьянином. Вероятно, братья были слишком разными по характеру, чтобы поддерживать близкие отношения.

«Мария-Фредерика ван Рид-Атлон в семилетнем возрасте»

В письмах – по крайней мере, тех, которые известны искусствоведам, – Жан-Этьен совсем не упоминает брата. Кстати, спорным остается и тот факт, что братья, родившиеся в один день, были близнецами. Достоверных свидетельств современников о сходстве художников Лиотар не сохранилось.

«Натюрморт с чайным сервизом»

Непонятные отношения были у Жана-Этьена и с его супругой. Набожная голландка, не особо красивая и не особо богатая, заставила мужа срезать легендарную турецкую бороду, а ведь примечательная внешность в течение многих лет была «фирменным знаком» художника, как и его самобытный стиль. Словом, если бы у Лиотара был продюсер, он бы не позволил свершиться такому безобразию. Но хотя Жан-Этьен и согласился срезать гениальную бороду под давлением жены, то превратить себя в домоседа не позволил и продолжал свои бесконечные путешествия ко дворам европейских монархов. Здесь легенды и историческая правда часто расходятся. Либо во время этих поездок личная жизнь Лиотара была куда более насыщенной, чем жизнь с супругой, либо он без устали работал, чтобы прокормить свою большую семью (у четы Лиотар было пятеро детей). Во всяком случае, о несовпадении фактов и мифов свидетельствует и легендарная история создания знаменитой пастели «Прекрасная шоколадница», написанной в Вене в 1745 году.

«Принцесса Луиза Анна (деталь)»

Кто скрывается за персонажем прелестной молодой девушки, аккуратно несущей на серебряном подносе чашку горячего шоколада? По одной из версий, на картине изображена камеристка Марии-Терезии, поразившая художника своей красотой. Другая версия истории напоминает сказку о Золушке. Девушку звали Анна Бальдауф, дочь обедневшего рыцаря, она служила горничной императрицы. При дворе ее и увидел молодой принц Дитрихштейн, и без памяти влюбился. Вопреки протестам своей семьи и аристократии, принц женился на Анне, а в качестве свадебного подарка заказал Лиотару портрет невесты в той самой одежде, в которой увидел ее впервые. И еще вариант: возможно, девушка работала в одной из венских кондитерских. Одним зимним днем туда зашел молодой принц, чтобы отведать горячего шоколада. Чашку с дымящимся напитком ему принесла красавица шоколадница, которую звали Анна Бальтауф. Принц влюбился в нее с первого взгляда и женился на ней. А ко дню свадьбы заказал придворному художнику Лиотару портрет невесты в образе прекрасной шоколадницы…

«Мария-Аделаида в турецком костюме»

Все три версии могли бы стать сценарием романтического фильма. Однако искусствовед Рене Лош, один из авторов биографии Лиотара, смеется, когда ее спрашивают об этой истории, и уверяет, что все это сказки: девушку звали вовсе не Анна Бальтауф, ни принц ни художник никогда в нее не влюблялись, и более того – Лиотар вообще не придавал никакого особого значения этой пастели и гораздо больше ценил… портреты своей супруги. Вот и разберись, где - правда, а где – легенда.

«Мария-Анна Лиотард с куклой»

Как бы там ни было, созданное Лиотаром произведение искусства поразило современников и продолжало удивлять на протяжении веков. У портрета шоколадницы оказалось не меньше поклонников, чем у самой модели. А у легендарной истории было не менее легендарное продолжение. В 1881 году в Европу приехал глава американской компании Walter Baker Company - познавать таинства приготовления сладкого напитка. В Дрезденской галерее ему бросилось в глаза изображение прекрасной молодой камеристки, подающей к столу шоколад в фарфоровой чашке. Генри Пирсу настолько понравилась пастель и романтическая история ее создания, что он решил сделать изображение фирменным знаком своей компании. Самое примечательное, что «Прекрасная шоколадница» стала одним из первых логотипов в истории экономики. Кстати, теперь знаменитую пастель использует в качестве логотипа популярная в Москве сеть кофеен «Шоколадница». Да-да, опрятная прелестная служанка с подносиком – пастель того самого Лиотара…

«Завтрак»

Последние годы жизни художник провел в Конфиньоне, близ Женевы. Он пишет натюрморты, за которые впоследствии будут бороться коллекционеры и музеи. Умирает Лиотар в 1789 году, не дождавшись Великой Французской революции, разрушившей старый порядок и принесшей ему на смену новые ценности, в том числе - в искусстве. Брат-близнец художника Жан-Мишель, разоренный революцией, умрет в 1796 году в нищете.

«Портрет Мари Фарг, жены художника, в турецком костюме»

 

kstolica.ru

Восемь топ-лотов старых мастеров на торгах в Лондоне • ARTANDHOUSES

Аукционы старых мастеров, которые проведут в Лондоне 6 и 7 июля Bonhams, Sotheby’s и Christie’s, обещают вызвать немалый ажиотаж среди коллекционеров: нечасто на торгах появляются полотна таких художников, как Рубенс, Лоррен, Лиотар и Ян Брейгель Старший. ARTANDHOUSES выбрал самые желанные музеями и коллекционерами произведения.

1. Клод Лоррен. «Пейзаж с пастухами в Аркадии», 1635–37. Bonhams

Работа великого французского пейзажиста станет топ-лотом аукциона Bonhams (эстимейт — £600–800 тыс.). Она была создана в Риме, где художник работал под высоким покровительством кардинала Карло Медичи и нескольких пап. В великой галерее Уффици во Флоренции хранится рисунок к этой картине, а ее провенанс прослеживается из британской коллекции первого графа Хау.

oldmasters6

 

2. Уильям Добсон. «Автопортрет», 1630-е. Bonhams

Историки называют Уильяма Добсона «первым великим британским художником». Он прожил тридцать шесть лет, оставил чуть более шестидесяти полотен, большая часть которых — портреты королевских особ, которые он писал, став придворным живописцем после смерти Ван Дейка. Это один из редких случаев появления произведений художника, чьи картины хранятся в Национальной галерее Лондона и других музеях, на открытых торгах (эстимейт — £200–300 тыс.).

oldmasters4

 

3. Питер Пауль Рубенс. «Лот и его дочери», 1613–1614. Christie’s

Об этой редкой музейной работе великого фламандца мы уже писали ранее. Осталось дождаться аукциона и увидеть, на сколько выше эстимейта в £20 млн поднимется цена.

oldmasters5

 

4. Бернардо Беллотто. «Венеция: вид на Большой канал» и «Вид Венеции с мостом Риальто», 1740. Christie’s

Пара венецианских пейзажей были написаны знаменитым художником Бернардо Беллотто в юности, когда ему было около девятнадцати лет и он работал под опекой своего дяди, другого великого «певца Венеции», Каналетто. Сегодня работы дяди и племянника украшают все ведущие музеи мира, а предварительная оценка этой пары — £2–3 млн.

oldmasters

oldmasters3

 

5. Питер Пауль Рубенс. «Венера, просящая Юпитера». Christie’s

Эскизная работа Рубенса имеет интересный провенанс: она происходит из собрания знаменитого британского художника сэра Джошуа Рейнолдса, продажу которого после смерти мастера осуществлял его друг и основатель дома Christie’s Джеймс Кристи. Эстимейт динамичной композиции — £1,2–1,8 млн.

oldmasters7

 

6. Жан Этьен Лиотар. «Голландская девушка за завтраком», 1755–56. Sotheby’s

Тонкая жанровая сценка единственного швейцарского живописца, достигшего мировой славы благодаря своей «Шоколаднице», ныне хранящейся в Дрезденской галерее, оценена в £4–6 млн. Это и редкий пример масляной живописи у Лиотара.

oldmasters8

 

7. Ян Брейгель Старший. «Натюрморт с цветами в глиняной вазе», 1607–08. Sotheby’s

Славившийся натюрмортами художник из плодовитой династии Брейгелей представлен на торгах полотном, происходящим из коллекции барона Ротшильда. С 1939 года и до недавнего времени работа экспонировалась в Национальной галерее Праги и по реституции лишь в начале этого года была возвращена потомкам банкира (эстимейт — £3–5 млн).

oldmasters9

 

8. Питер Пауль Рубенс. «Колесница Аполлона», 1600-е. Sotheby’s

Своего редкого Рубенса нашел и дом Sotheby’s. Эта работа – рубенсовская интерпретация потолочной росписи итальянского художника Приматиччо в одной из комнат замка Фонтенбло, не дошедшей до наших дней. Набросок оценен в £1–1,5 млн.

oldmasters10

Расписание торгов:

6 июля — Bonhams,

6 июля — Sotheby’s

7 июля — Christie’s

art-and-houses.ru

«Прекрасная шоколадница» – картина, которая стала одной из первых торговых марок

В 1881 году Генри Пирс — президент Walter Baker, ведущей компании США по производству какао и шоколада — приехал в Европу, чтобы познакомиться с методами производства какао. В дрезденской Королевской галерее он увидел картину Лиотара. Его впечатлил и сам портрет, и его романтическая история — и с тех пор «Прекрасная шоколадница» стала одной из первых зарегистрированных торговых марок в экономической истории.

Жан-Этьен Лиотар. Прекрасная шоколадница. 1745, 82.5×52.5 см. Пастель, пергамент

«Прекрасная шоколадница» (фр. — La Belle Chocolatière, нем. — Das Schokoladenmädchen) — портрет аккуратно одетой красавицы, изящно держащей поднос с чашкой горячего шоколада и стаканом воды, — одна из самых известных работ Жан-Этьена Лиотара и жемчужина Галереи старых мастеров в Дрездене.

Картину считали шедевром ещё при жизни художника.

Образ был создан между 1743-м и 1745-м годами при дворе австрийской императрицы Марии Терезии. В то время швейцарский художник находился в Вене, где писал портреты правительницы и её супруга.

Жан-Этьен Лиотар. Портрет императрицы Марии-Терезии. 1762, 62×50 см. Пастель, пергамент

3 февраля 1745 года картину приобрёл у Лиотара в Венеции граф Франческо Альгаротти, который был арт-агентом двух монархов — прусского короля Фридриха II и польского короля Августа III Саксонца.

Он писал своему другу, искусствоведу Пьеру-Жану Мариетту:

«Я купил картину пастелью около трёх футов высотой, написанную знаменитым Лиотаром. На ней изображена молодая немецкая горничная в профиль, несущая поднос со стаканом воды и чашкой шоколада. Картина почти лишена теней, с бледным фоном и светом, который идёт из двух окон, отражённых в стакане. Она написана полутонами с незаметными переходами света и исполнена в совершенстве... и хотя это европейская картина, она может понравиться китайцам, которые, как вы знаете, являются заклятыми врагами теней. Что касается совершенства работы, то это Гольбейн в пастели». Картина входит в коллекцию Галереи старых мастеров в Дрездене с 1855 года.

Кто был моделью для «Прекрасной шоколадницы», достоверно не установлено. Вероятнее всего, это одна из незамужних девушек при дворе, поразившая живописца своей красотой.

В те дни было принято призывать ко двору юных прелестниц из семей «низшего» дворянства и делать их компаньонками для дам из «высшего» дворянства.

Жан-Этьен Лиотар. Голландская девушка за завтраком. 1757. Масло, холст. Государственный музей, Рейксмузей, Амстердам

Очень часто утверждается, что Лиотару позировала Анна (Аннель или Наннель) Бальтауф — дочь обедневшего кавалера Мельхиора Бальтауфа, которую, возможно, пригласили ко двору в качестве такой наперсницы.

Молодой князь фон Дитрихштейн, якобы, был поражён её красотой, влюбился и женился — приведя в смятение весь высший свет.

Эту легенду поддерживала американская шоколадная компания Walter Baker & Company, которая использовала «Прекрасную шоколадницу» Лиотара в качестве своего логотипа с 1883 года.

В небольшом буклете с рецептами 1913 года было написано: «Неясно, было ли обязанностью Анны подавать шоколад или же она была светской красавицей, которая позировала в таком костюме.

Но как бы то ни было, своей красотой она так поразила князя Дитрихштейна, что он женился на ней. Этот брак породил множество разговоров в австрийском обществе. Кастовые предрассудки в Вене всегда были очень сильны, а дочь простого дворянина не считалась подходящей партией для придворного...»

Жан-Этьен Лиотар. Завтрак. 1754. Пастель, пергамент. Баварское государственное собрание картин, Мюнхен

Более романтическая версия этой истории гласит, что молодой Дитрихштейн пришёл в венское кафе чтобы попробовать новомодный напиток — горячий шоколад. Там он и встретил Анну Бальтауф, которая обслуживала посетителей.

Он мгновенно влюбился в девушку и следующие несколько недель приходил в заведение практически ежедневно. В конце концов, он женился на своей пассии, несмотря на сопротивление высшего дворянства.

В качестве свадебного подарка он заказал Лиотару портрет невесты в той одежде, в которой встретил её впервые.

Жан-Этьен Лиотар. Автопортрет «Лиотар смеющийся». Ок. 1770. Женевский музей искусства и истории

Несмотря на то, что начало истории «Прекрасной шоколадницы» больше похоже на сказку, её продолжение хорошо задокументировано. В 1881 году Генри Пирс — президент Walter Baker, ведущей компании США по производству какао и шоколада — приехал в Европу, чтобы познакомиться с методами производства какао. 

В дрезденской Королевской галерее он увидел картину Лиотара. Его впечатлил и сам портрет, и его романтическая история — и с тех пор «Прекрасная шоколадница» стала одной из первых зарегистрированных торговых марок в экономической истории.

С 1880-х образ Анны Бальтауф был запечатлён и растиражирован на миллионах банок какао и рекламных буклетов.

Примерно в 1900 году «Прекрасная шоколадница» вдохновила художника Яна Мюссе (вероятнее всего, это был он) на создание образа «медсестры» для торговой марки Droste.

В описании было сказано, что «иллюстрация указывает на полезный эффект шоколадного молока и неразрывно связана с названием Droste».

Во время Второй мировой войны немцы перевезли оригинальную картину в крепость Кёнигштайн. Хрупкому произведению удалось перенести холод и сырость.

Пастель вернулась в Дрезден после того, как нацисты отступили под натиском советских войск.

По материалам: Артхив

www.izbrannoe.com