Читать онлайн "Тигр на завтрак" автора Пессель Мишель - RuLit - Страница 10. Тигр на завтрак


Читать онлайн "Тигр на завтрак" автора Пессель Мишель - RuLit

I. Мышьяк для птиц

— А что это? — спросил таможенник, ткнув пальцем в большую банку, имевшуюся в моем багаже.

— Мышьяк, — ответил я. Индиец подозрительно посмотрел на меня, откупорил банку и, сунув палец в белый порошок, собрался попробовать его на вкус.

— Не надо, вы же умрете! — крикнул я. На мой крик сбежались все таможенники и пограничники. От меня потребовали объяснений, зачем я захватил с собой столько мышьяка, сколько хватило бы для отравления целого полка. После двадцатичасового перелета из Бостона до Калькутты мне было трудно объяснить что-либо. Невыносимая жара в здании аэропорта и экзотические лица столпившихся вокруг меня людей приводили меня в отчаяние.

— Мышьяк мне нужен для птиц, — промямлил я.

— Для птиц, — повторил человек неприветливого вида с тюрбаном на голове, выхватив банку из рук низенького смуглого парня, собиравшегося попробовать эту отраву.

А между тем мой мозг сверлила одна единственная мысль: «Письмо! Если только они не найдут письмо, все будет в порядке».

— Да-да, для птиц, — пояснил я. — Понимаете, мне нужно провести антропологические изыскания в Бутане, т. е. я имею в виду изучение народностей, проживающих в Гималаях. И, кроме того, мне необходимо поймать ряд птиц для музея. А птицы сохраняются в мышьяке.

Это было весной 1959 года. Впервые мой проект казался каким-то притянутым за уши. Для обступивших меня в таможне людей я выглядел натуральным маньяком, да я и сам удивлялся себе: какого дьявола я делаю здесь, на краю света, с фунтом мышьяка и письмом брата Его Святейшества Далай Ламы, написанным изящным тибетским шрифтом.

С самого детства меня пленяла мысль о таинственной заснеженной земле Гималаев, о странах, которые даже во второй половине двадцатого века не ведали о самых элементарных технических изобретениях современного мира. Территории этих махоньких, забытых Богом и людьми королевств Сикким, Непал и Бутан простираются вдоль почти всей восточной половины горной цепи Гималаев.

Располагая рекомендательным письмом от имени Тубтена Норбу, брата Далай Ламы, премьер-министру Бутана, я чувствовал уверенность в успехе своей миссии. Мне предстояло встретиться с премьер-министром Бутана Джигме Дорджи в небольшом индийском пограничном городке Калимпонг, играющем роль ворот в Тибет.

Мои планы были нарушены уже на следующий день после прибытия в Калькутту. Как только мне удалось, наконец, растаможить свой багаж, из утренней газеты я узнал, что мне противостоят 600 миллионов китайцев. В столице Тибета Лхасе китайцы обстреляли из минометов Норбу Линка, дворец Далай Ламы, и начали полномасштабную войну в Тибете. Во всех государствах гималайского региона наступили тревожные дни, и никто не мог бы ответить на вопрос, когда и где прекратится китайская агрессия.

Калимпонг, в который я направлялся, сразу же стал ключевым центром информации о трагедии Тибета. Вскоре индийское правительство, в то время дружественно настроенное по отношению к Китаю, объявило, что Калимпонг закрыт для въезда всех иностранцев. Было объявлено, что этот городок расположен в пределах «внутренней линии», т. е. новой границы, установленной индийским правительством в 32 километрах от официальной индо-тибетской границы. Это было сделано потому, что китайцы заявили, что Калимпонг — «логово шпионов Запада» и, мало того, в китайском заявлении говорилось, что «шпионы маскируются под псевдо-антропологов и орнитологов». Учитывая тот факт, что у меня был мышьяк для консервации птиц и что я был новичком в области антропологии, казалось очевидным, что депеша китайцев подразумевала именно меня.

Однако было слишком поздно возвращаться домой. Теперь, когда дорога в Калимпонг была закрыта, я порылся в своих записках, чтобы разыскать адрес таинственного г-на Смита, который, по моей догадке, был кем-то вроде секретного агента, проживавшего в Калькутте. Мне специально дали его координаты на тот случай, «если возникнут непредвиденные обстоятельства». Я позвонил ему из своего номера в Гранд-отеле.

— Я тотчас же приеду, — был ответ.

Полчаса спустя, когда мы сидели в холле отеля под шумнейшим вентилятором, чтобы нас никто не подслушал, этот джентльмен дал мне координаты двух людей, которые могли бы тайно переправить меня в Калимпонг. Уже тогда то, что было запланировано мною как приятный научный проект, становилось авантюрой, скорее приличествовавшей Джеймсу Бонду.

Из Калькутты я вылетел в Бадогру, где у подножия Гималаев имелась небольшая взлетно-посадочная дорожка. Там я встретился с одним из двух людей, о которых уже сказано выше. Вскоре, спрятанный под брезентом в заднем отсеке джипа, я направлялся инкогнито к «внутренней линии», в объезд контрольных полицейских постов, через таинственные чайные плантации к неведомым подножиям Гималаев, прямо в то место, которое китайцы назвали «логовом шпионов Запада». Так я впервые оказался на земле Гималаев.

Мне доводилось много слышать и читать о Гималаях, но скоро я осознал, что эти описания не в состоянии выразить неуловимую ауру, излучаемую величайшим в мире горным массивом. В каком-то смысле Гималаи похожи на большинство других горных массивов: перед путником они появляются как темно-зеленые предгорья, поначалу не представляющие собой ничего особенного, но в то же время примечательные тем, что шаг за шагом становятся все выше и выше, подобно контрфорсам за нефом собора.

Незаметно выглядывая из-под брезента, я видел, как перед нами свод за сводом выступают и с гордым равнодушием поддерживают белоснежные, фантастические массивы высочайших в мире вершин, зубчатую цепь сверкающих белизной гребней на фоне темно-голубых небес. Временами на эти вершины наседали тучи, что делало их еще более впечатляющими. Глядя на бегущие в небе облака, я заметил, что одно, самое высокое из них, стояло в небе неподвижно. Оказалось, что это не облако, а мощный выступ обледенелой скалы, прорвавшийся ввысь как бы утверждая величие земной тверди.

Этот вид был особенно впечатляющим еще и потому, что, проехав по абсолютно пологим рисовым полям великих индийских равнин, я внезапно увидел вертикальный «континент» Гималаев. У их подножия сухие тропы и песчаные равнины сменяются буйно растущими лесами и джунглями. Здесь изобилие воды, по отполированным до блеска скалам текут ручейки, сквозь завесу деревьев просачивается влажный туман, слышатся резкие крики попугаев, а прохладный воздух покалывает кожу.

Если Индия впечатляет экзотикой, то Гималаи вначале, до того как путник приближается к внушающим ужас гигантским массивам, по климату напоминают умеренные широты Европы и Америки. Здесь уже нет ни верблюдов, ни пальм или кактусов Индии. Джунгли предгорий странным образом схожи с лесами Франции и Англии. Здесь большие деревья щедро дают тень, которой так недостает Индии. После пояса джунглей все меняется: печальные физиономии индийцев сменяются улыбающимися лицами невысоких монголоидов, появляются первые племена горцев.

В течение сотен лет Гималаи распространяли свои чары на весь мир. Индусы считают эти горы священными. Будда нашел в них свое святое убежище. Веками они влекут к себе иностранцев. Немалую роль в том, что их считали загадочными, играли три секретных гималайских королевства — Непал, Сикким и Бутан, закрытые для внешнего мира. На территории этих трех стран, простирающейся вдоль великого горного хребта, расположены высочайшие пики мира. Во времена британского владычества в Индии эти королевства именовали «буферными государствами», и Британия, вооруженные силы которой встречали отпор со стороны воинственных горцев, уважала автономию этих стран, которые таким образом, подобно Тибету, избежали колониального завоевания. Они оставались неизвестными и неисследованными, в то время как на остальной территории Среднего и Дальнего Востока ощущалось влияние Запада.

Правительства Непала, Бутана и Тибета не разрешали иностранцам доступ на свою территорию. Никто не ведал, что происходит за предгорьями в этих маленьких королевствах, которые в умах тысяч авторов произведений художественной литературыбыстро превратились в сказочную страну Шангри-ла. Теперь я рассчитывал одним из первых исследовать Бутан, страну, которая до сих пор не ощутила даже элементарного влияния Запада.

www.rulit.me

Тигр на завтрак. Борис Лисаневич

Написать это сообщение меня подтолкнуло радостное событие. Даже два. Во-первых, наконец на русском языке издана книга Мишеля Песселя (Писеля) "Тигр на завтрак" и появился фильм "Борис Лисаневич - лучший друг королей" И это все об одессите, который фактически открыл нам Непал

о Борисе Лисаневиче

Родился в 1905 в Одессе. О нем написали книги французский путешественник Мишель Пессель ("Тигр на завтрак"), китайская писательница Хан Сюин ("Горы остаются молодыми") и английский художник Десмонд Дойч ("Мой Катманду"). Жан-Поль Бельмондо снял о нем фильм. Ему дарили свои фотографии с автографами Елизавета II и король Непала Махендра. С ним дружили Агата Кристи, Франсуаза Саган, принц Карлос и многие другие выдающиеся люди мира. Борис Лисаневич учился в Одесском кадетском училище. После революции обучался в Одесской балетной школе. С "Русским балетом Дягилева" объездил весь мир, а затем занялся предпринимательской деятельностью. В 1936 он открывает самый аристократический клуб Калькутты (Индия) - "Клуб ЗОО". С 1953 по приглашению короля переезжает в Непал, где открывает "Royal Hotel", рестораны "Улыбка йети" и "Борис". "Открытие" туристами всего мира Непала стало возможным только благодаря деятельности Лисаневича, за что ему выражали свою благодарность и короли, и премьер-министры этой страны. Журнал "Лайф" в 1959 назвал Бориса "второй достопримечательностью в Непале после Эвереста". Страстный охотник и коллекционер, он никогда не пил воду - только коньяк и бренди. Был человеком легендарной щедрости и безумного риска в игре. Он был одним из немногих людей, которые в полной мере владели величайшим даром - искусством жить. С 1985 его прах покоится на кладбище британского посольства в столице Непала Катманду.

Предлагаю вам статью Виктора Кленова, биографа и исследователя жизни Бориса Лисаневича, первым рассказавшему одесситам о жизни Бориса.

Одессит из Катманду, или наш человек в Непале.

Еще несколько десятилетий назад, когда лишь единицы могли попасть в затерянные в горах загадочные королевства, закрытые для иностранцев Гималаи были настолько далекими, влекущими и созерцательными, что казались земным раем.

Н.Рерих и В.Сидоров, Шамбала и Эверест, место, где родился Будда, гуркхи и кхукри, шерпа, яки и йети... Кто не знал этих клише? Перестав быть запретной страной совсем недавно, в 60-е годы, Непал стал последней гаванью для последних романтиков. Помимо хиппи, нашедших в Непале Шангри-ла, в Катманду можно было встретить Мать Мира, по меньшей мере две Жанны дАрк, несколько Наполеонов и даже одного... Ленина, который представлялся: "Я - Ленин Непальский. А мой дядя - Сталин". Эзотерические общества десятками прибывали в Катманду для изучения сексуальных повадок (норм поведения) обезьян на священном холме Сваямбунатх, ученые писали тома о диетических привычках йети.

Но все это было позже. А вначале было Имя. И имя это было - Борис. С ударением на первом слоге. Так знали и звали его в Изумрудной Долине. Без большого преувеличения можно утверждать, что это имя открыло для иностранных туристов веками закрытый Непал. Много лет оно повторялось тысячами путешественников и кинозвезд, принцев и альпинистов, Оно же стало в подзаголовке книги "Tiger for breakfast" ("Тигр на завтрак", 1966 г.) известного французского путешественника Мишеля Песселя, исследовавшего Бутан, Сикким и Тибет. Ее героем был не король, не принц или далай-лама, а владелец Royal Hotel в Катманду одессит по рождению Борис Лисаневич.

Борис с дочерью Ксенией.

После завершения одесской альпинистской экспедиции на Дхаулагири (8167 м), организованной одесситом-альпинистом и президентом банка "Порто- Франко" Мирославом Торосяном, я, один из ее участников, бродил по Тамелу, туристскому "гетто" Катманду. "Хелло, рашен, - обратился ко мне продавец в книжном магазине. - Это книги о Борисе из России". И тут свершилось маленькое чудо открытия. Кроме книги Мишеля Песселя продавец показал мне "The mountains is young" ("Горы остаются молодыми") китайской писательницы Хан Сюин и "My kind of Kathmandu" ("Мой Катманду") английского художника Десмонда Дойга. Так передо мной развернулась необычная история жизни одессита Бориса Лисаневича. Но не преувеличивали ли авторы? Я пошел по следу Бориса.

За две недели поисков в Катманду я пересмотрел фотографии из его архива, беседовал со множеством людей, знавших его лично. Это были его жена Ингер и сын Александр, хранящий фотоархив отца, его ближайшие друзья. Его имя встречалось в книгах знаменитых альпинистов и путешественников, во всех путеводителях по Непалу. Мне очень жаль, что я не смог встретиться с Борисом Лисаневичем при его жизни, но эта встреча - пусть заочно - должна была состояться. Ибо те, кто странствует по свету, неминуемо обречены рано или поздно встретиться, если не с ним лично, то со множеством его друзей, которые несут отпечаток удивительной личности Бориса.

Он был одним из немногих людей, которые в полной мере владели величайшим даром - искусством жить. И вся история одессита Бориса Лисаневича - это приключение как во времени, так и в пространстве.

Слово Борису Николаевичу Лисаневичу: "Наша семья жила в Одессе. У меня было три брата, я был самый младший. Наш дом в Одессе был на окраине города, между ипподромом и кадетским училищем. Эти два места сыграли наиболее важную роль в моей жизни в Одессе".

Борис (слева) в кругу семьи.

Прадед, генерал-лейтенант Григорий Иванович Лисаневич, отличился при Бородино, его портрет находился в Военной галерее Зимнего дворца. Отец Бориса, Николай Александрович, был известным в России конезаводчиком и спортсменом. И, хотя Борис никогда не любил щеголять титулами своей семьи (столь непохоже на многих наших сограждан, изобретающих себе развесистое генеалогическое древо), фамильный герб и десятки фотографий, сохраненных его матерью Марией Александровной, свидетельствовали о достаточно зажиточной жизни семьи Лисаневичей в Одессе до революции. Парадоксальным, но искренним и не без юмора, был ответ Бориса на вопрос о начале пути: "Я всем обязан русской революции. Не будь ее - я бы повторил путь своих братьев: отслужил в Императорском флоте, затем разводил бы скаковых лошадей в нашем родовом имении на хуторе Лисаневичевка под Одессой".

Борис родился 4 октября 1905 года, в 9 лет был определен в Одесское кадетское училище с его жесткой дисциплиной. Через три года началась революция и гражданская война с ее почти фантасмагорической сменой властей в Одессе - красные, белые, союзники, деникинцы, батько Махно... "Баррикады усеяли город, над каждой развевались пестрые флаги. Стреляли со всех сторон. В одной из таких беспорядочных перестрелок я был ранен", - вспоминал Борис. Детство было симптоматично для его последующей жизни. Семье Лисаневичей пришлось перенести все невзгоды того времени - голод, болезни, потерю старших сыновей. Их дальняя родственница, мадам Гамсахурдия (как знать, не родственница ли она будущего президента Грузии и не кроется ли здесь еще одна интригующая история?), руководитель балетной школы и труппы Одесского театра оперы и балета, спасая мальчика, принимает Бориса в балетную школу. Стройный, сильный и музыкально одаренный Борис через год учебы становится артистом балета. "Самое удивительное, - вспоминал он, - что ни революция, ни гражданская война не охладили тяги одесситов к опере и балету". Лисаневич участвовал во многих спектаклях, вместе с труппой, спасаясь от голода, выезжал в теплушках на гастроли по Украине. "Голод, тиф и революция рано заставили меня понять относительность всех ценностей... когда за золотой сервиз можно было получить только буханку хлеба", - вспоминал Борис. И равнодушие к деньгам осталось у него на всю жизнь. Он мог за один вечер потерять все сбережения благодаря своей легендарной щедрости или риску игрока.

Наступил 1924 год. Во время представления оперы "Пророк" Мейрбеера постановщик пиротехнических эффектов превзошел самого себя: в финальном акте оперы запылали не только декорации замка, но и весь театр. Благодаря этому пожару Борису удается под благовидным предлогом выехать во Францию, где его ждал контракт с театром "Альгамбра" и где он получил паспорт беженца, известный как паспорт Нансена. "Этот факт в конце концов оказался причиной моего пребывания в Азии, но когда я едва сумел ускользнуть из России, я не мог представить себе, куда приведет меня этот полет". Но "уж поднят парус"... Париж, чарльстон и короткие юбки, Монпарнас , сюрреализм и кубизм... И Ballet Russe Дягилева, гений которого поднял искусство танца на недосягаемую высоту. Григорьев и Баланчин приглашают Бориса на просмотр в театр Сары Бернар. "На просмотре был сам Дягилев. Никогда ранее я не исполнял двойной пируэт, но перед Дягилевым я взлетел. И был принят".

Серж Лифарь (второй слева) и Борис (справа) в Монте Карло.

Так началась новая жизнь. Весь мир был перед ним. Лондон, Париж, Рим, Монте-Карло, Америка... Борис танцует в балетах "Князь Игорь", "Петрушка", "Парад", "Карнавал", "Жар-птица", "Треуголка"... Его друзьями становятся Кокто, Дерен, Матисс, Стравинский, Серж Лифарь. Пять незабываемых лет... 19 августа 1929 года, Монте-Карло. "Кончилась эра - умер Дягилев. Меня просят сообщить это печальное известие Анне Павловой. Она теряет сознание на моих руках". Вместе с Верой Немчиновой Борис гастролирует в Южной Америке, заключает двухгодичный контракт в Буэнос- Айресе. С аргентинской визой и билетом на пароход Борис заходит в ресторан в Монте-Карло проститься со старыми друзьями из труппы Шаляпина, где знакомится с Кирой Щербачевой, солисткой балета. Любовь с первого взгляда, контракт отослан, и снова, теперь уже с женой, - блестящие гастроли в Италии, Лондоне, Париже...

Балет Дягилева.

1933 год. Борис принимает приглашение на гастроли в Юго-Восточной Азии - Индия, Китай, Бирма, Ява, Цейлон, Шанхай, Бомбей... И остров Бали. "Я не мог поверить, что чувство гармонии и красоты, которое я испытывал только на сцене, могло существовать в реальном мире. Я был очарован Востоком." Благодаря приглашению своих друзей он становится приверженцем королевской охоты на тигров, леопардов и носорогов. В джунглях Индокитая Борис проводит три незабываемых месяца. На его счету 8 леопардов, 6 тигров и 40 буффало. "Я охотился на территории дикого племени мои, славившегося своими духовыми ружьями с отравленными стрелами. Моим оруженосцем был зловещего вида заключенный, осужденный за убийство жены и тещи. Я курил опиум - подарок от короля Камбоджи."

Кира и Борис, Шанхай.

Аншлаги в Калькутте.

Посещение Ангкора потрясло Бориса: "Его очарование не поддается описанию." Пора было возвращаться в Европу. Но куда? Ведь он - человек без гражданства и паспорта, снова скитания. А в Индии он может получить британский паспорт. И Борис остается в Калькутте. Здесь с помощью своих влиятельных друзей он основывает знаменитый "Клуб 300". Клуб открылся в 1936 году в роскошном дворце, некогда построенном богатым армянином Филиппом для своей невесты, сбежавшей с простым солдатом за день до бракосочетания. Первый оркестр состоял из двух пианистов и одного... барабанщика. Из Ниццы прибыл знаменитый шеф-повар Владимир Халецкий, бывший русский офицер, прославивший ресторан блюдами Бориса - борщ, паштет их рябчика, бефстроганов и Bombe a la Boris. Это был первый англо-индийский клуб и первый, в который допускались женщины. Махараджи принцы и дипломаты, британские офицеры и члены королевских фамилий, летчики и знаменитые путешественники, промышленники и коммерсанты - все эти люди знали Бориса как гостеприимного хозяина самого аристократичного клуба Калькутты, где встречаются Восток и Запад. Чувство юмора не покидало хозяина клуба никогда. В 1947 Борис организовал "Первую научную экспедицию по изучению звезд (в Голливуде)", рассчитанную на 3 месяца. Кроме него в экспедиции участвовали трое сказочно богатых и красивых махараджей. Ее фонд составлял 70 тысяч долларов. Основные расходы пришлись на статью "Букеты" и уже через 2 месяца экспедиция вынуждена была свернуть свою "работу".

В саду "Клуба 300" в Калькутте.

Здесь же начинается его многолетняя дружба с бесстрашным пилотом князем Эмманюэлем Голициным, с махараджой Куч Бихар, с непальским генералом Махабиром. В этом клубе эмигрант Борис впервые встречается с лишенным власти династией Рана королем Непала Трибхуваном. Он организует тайные встречи короля с Дж. Неру и принимает самое активное участие в возвращении короля Трибхувана на трон. (Обладая в силу своего обаяния широким кругом друзей и знакомых и владея огромной информацией о положении в Азии, Борис Лисаневич не мог не вызывать к себе пристального внимания ряда секретных служб. Известно, что очень долго индусы считали его британским агентом, американцы - русским, а русские - американским. Был ли он азиатским Кимом Филби или Лоуренсом Аравийским? Сам Борис только улыбался на эти вопросы: "Я скорее похож на Марко Поло." - В.К.)

После войны Борис и Кира посетили Нью-Йорк. Кира остается в Америке, открыв балетную школу. В 1949 году женой Бориса становится юная красавица- датчанка Ингер Пфейфер. В 1953 году вместе с женой и сыновьями Мишей и Александром по личному приглашению короля Борис прибывает в Непал, в страну, где женщины украшают цветами лингамы (фаллосы), а эротическая резьба на храмах служит им защитой от молний, в страну снежных пиков и пагод, тигров и роз, дворцов и богов... Здесь все боги - люди и звери, камни и деревья. Где даже "Намасте" - непальское приветствие, примерно обозначает: "Я приветствую бога в твоем лице". "Только клише могли описать Катманду, город, в котором больше храмов и святилищ, чем домов, и богов больше, чем людей. Город, где неварские девушки обручаются с деревом Бел, и, следовательно, никогда не будут вдовами, ибо брак с мужчиной - это second-hand брак, так как настоящий и единственный муж - только дерево. В первую же ночь я встретил леопарда на улице Катманду.

Борис и Ингер. Охота на тигров.

(Только 3 года назад сын Бориса Лисаневича Александр застрелил леопарда возле дома матери, который находится на окраине Катманду. - В.К.) За долиной Катманду я открыл Азию Киплинга, смесь Китая и Индии, оправленную в пейзаж, перед которым меркнет Швейцария, - вспоминал Борис. - Экзотика и красота этой страны навсегда покорили мое сердце".

Борис и Ингер Пфейфер.

Очарованный красотой Изумрудной Долины, Борис сразу оценил огромные возможности туризма в Непале. Первые альпинистские экспедиции уже привлекли внимание всего мира к снежно-ледовым массивам Аннапурны, Дхаулагири и Эвереста. но в 1954 году попасть в Непал было так же трудно, как проникнуть в Тибет, - мешали длительные и сложные формальности, отсутствие дорог, ограничения в выдаче виз. В беседах со своими непальскими друзьями, среди которых был и премьер-министр, Борис пытается заинтересовать их перспективами туризма в Непале.В ответ они только улыбались: "Зачем иностранным туристам Непал? Что они будут делать в средневековой стране, где нет телефонов, небоскребов и музеев?". Тогда Бориса осенила идея открыть отель, который мог бы привлечь будущих туристов. Но в долине не было керосина, газа, электричества. Действовал комендантский час - наследие режима Рана. Почти все продукты надо было ввозить из-за границы.

Непальские дальнобойщики.

Это заставило Бориса разводить овощи и фрукты, неизвестные в Непале, - морковь, шпинат, клубнику - на территории отеля, открыть пекарню с русской печью. Надо было обучить персонал носить башмаки, мыть руки и не подавать клиентам воду из "маленьких белых источников", как они называли туалеты. В августе 1954 года Royal Hotel - единственный такого рода в радиусе 450 миль от Катманду - был открыт. Его гостей поражало не только здание отеля, у входа в который их "приветствовали" чучела тигров и крокодилов с разинутой пастью, но и сам его владелец. "Низкий голос с явным русским акцентом. Громадные руки. Ослепительная открытая улыбка. Брови Мефистофеля", - так его описывал Мишель Пессель.

Royal Hotel

Наконец, путем убеждения и использования своих обширных связей Борис не только добился от короля виз для первых туристов, но и убедил его самому принять их.

Премьер-министр Индии Джавахарлал Неру, Борис и Королева Ратну

. И уже в марте 1955 года журнал "Life" впервые посвящает 4-страничный разворот Непалу. "Первые группы западных туристов посетили загадочный и далекий Непал. Расположенный в самом центре Гималаев, в последние 200 лет Непал был практически закрыт для всех иностранцев. Но недавно Борис Лисаневич, британский подданный русского происхождения, сумел взять в аренду дворец в Катманду и переоборудовать его в Royal Hotel.

Двор RH.

Все оборудование - от кастрюль до смывного туалета - было доставлено самолетами. Затем благодаря усилиям Лисаневича, было получено королевское разрешение посетить Непал для нескольких групп агентствами "Томас Кук". Эксперты агентства считают, что у этой страны огромное туристическое будущее". За этими скупыми строчками стояло многое. Что стоило Борису пробить брешь в вековой политике изоляции, уговорить враждующие министерства, убедить короля Махендру дать разрешение на въезд первых туристов, завезти оборудование для отеля - об этом можно только догадываться. Ингер вспоминала, что он не раз впадал в отчаяние, и только его способность еще с детства совершать невероятное и преодолевать любые трудности поддерживала его.

Индира Ганди, Борис, Король Махендра и королева Ратна.

Король Махендра, пораженный интересом первых туристов к его стране и тем энтузиазмом, с которым они скупали сувениры и произведения искусства, прямо на веранде Royal Hotel повелел выдавать визы всем желающим - и сегодня туристы могут получить визу прямо в аэропорту Трибхуван.

Король Махендра, Борис и генерал Киран.

Royal Hotel, благодаря усилиям и сверхчеловеческой энергии Бориса, становится центром светской и туристической жизни Непала. Почти каждый день Б.Лисаневича был наполнен встречами и событиями: Климент Ворошилов и Чжоу Энь-Лай, принц Акихито и Дж. Неру, советские космонавты... Да, посольство СССР в Непале, отдавая дань уважения кулинарному искусству и популярности Бориса (и невзирая на его прошлое) попросило его организовать прием для В.Терешковой и А.Николаева. И Борис превзошел самого себя, принимая своих соотечественников. Знаменитый прием королевы Елизаветы II, на котором королева назвала его "мой самый лучший русско- британский подданный", тоже лег на его плечи. "Вы надеетесь поговорить с ним наедине? - изумлялась Ингер в те годы. - За последние 15 лет я провела с ним только 2 вечера".

Борис (слева в углу) контролирует организацию банкета.

В 50-60-е Катманду становится альпинистской столицей мира, а внутренним святилищем альпинизма в Непале - бар Yak and Yeti в Royal Hotel, где начинаются и заканчиваются все высокогорные экспедиции. На верандах отеля обветренные и крепкие люди говорили о снежных гребнях и ледниках, о маршрутах и лавинах. С ними Борис молодел душой. Сам спортсмен и исследователь, он полностью отдавал себя в распоряжение лидеров экспедиций, делясь своим знанием страны и обычаев, помогая получить разрешения на восхождения, являясь переводчиком французских и швейцарских экспедиций, "забывая" иногда о неоплаченных ими счетах... "Я всегда терял деньги на экспедициях, - говорил Борис, - альпинисты возвращаются с гор истощенными, но через неделю пребывания в Royal Hotel я возвращаю им нормальный облик."

- Но, Борис, так мы никогда не разбогатеем, - упрекнула его как-то жена.

- Не волнуйся, дорогая, за все это нам воздастся в Райской Долине.

Живя в Катманду, он был близок ко всем трагедиям и успехам многих экспедиций. Его гостеприимство и легендарная щедрость заслужили благодарность многих знаменитых альпинистов и путешественников, навсегда ставших его друзьями. Об этом говорят фотографии, на которых рядом с ним - Э. Хиллари и Н.Тенцинг, Р.Ламбер и Н.Диренфурт, М.Эрцог и Ж.Франко, Д.Робертс и К.Бонингтон. В его шкатулке хранились камни почти со всех вершин Непала. "Этот, с Дхаулагири, принес мой старый друг Диренфурт, этот, с Эвереста - Бишоп, с Макалу - Франко, с Жанну - Террай..." - показывал Борис свои сокровища. "Они более дороги мне, чем шкуры тигров и леопардов". В его квартире, которая находилась на крыше отеля, золотой Будда из Тибета стоял на рояле рядом с фотографиями королевы Великобритании Елизаветы II и короля Махендры с их автографами, а также хранилась громадная коллекция грампластинок - от музыки Стравинского до народных танцев его родины Украины. "Когда я взбирался по узкой винтовой лестнице к Борису, я никогда не знал, с кем могу столкнуться в гостиной - это могли быть Агата Кристи или Франсуаза Саган, принц Карлос или Хиллари", - вспоминал его близкий друг художник Десмонд Дойг.

В его коллекции хранилась необычная винтовка "Alka Seltzer", стрелявшая пулями со снотворным и предназначенная для охоты на йети, "снежного человека" (закон Непала запрещает его убийство). Сейчас мало кто помнит, что в 50-е годы весь мир волновала загадка этих существ.

Его слава не меркла. Жан-Поль Бельмондо, очарованный Катманду и Борисом, снимает о нем фильм. (Подруга Бориса и Жана-Поля француженка Бернадетт Вассо, с которой я познакомился, соединила меня по телефону с Парижем и я услышал от Бельмондо: "Наконец-то кто-то заинтересовался Борисом и моим фильмом о нем. Я очень хочу, чтобы одесситы увидели его и при первой же возможности передам в Одессу". - В.К.) Ингрид Бергман дарит ему оборудование для фермы, Р.Макнамара, президент Всемирного банка, пораженный личностью Бориса, предоставляет ему кредит для постройки пятизвездочного отеля Yak and Yeti. Этот отель открывается в 1977 г., но в результате интриг партнера Борис с гневом отказывается от участия в управлении отелем. В 1978 году он открывает ресторан "Борис" на улице с поэтическим названием "32 бабочки", в 1982 г. - ресторан "Boris" на Durbar Marg, который часто посещает король Непала. Еще один ресторан "Boris" открывают его сыновья Миша и Александр.

Борис.

В 1985 году Бориса не стало. Умер человек, окруженный такими же легендами, как Эверест, человек, проживший 10 жизней вместо одной. Беззаботный и в то же время страстный и дерзкий. Плейбой и художник, коллекционер. Рассказчик и администратор. Он не поддавался анализу, и именно это, вне сомнения, являлось причиной его легендарности.

На кладбище британского посольства в Катманду, где покоится Борис, я сфотографировал скромную надгробную плиту, на которой высечены дворянский герб и надпись "Борис Николаевич Лисаневич. Родился в Одессе 4 окт. 1905 г. Умер в Катманду 20 окт. 1985 г."

Могила Бориса.

Самым большим памятником Борису Лисаневичу, одесситу, ставшему частью Непалианы, является иностранный туризм в Непале, отцом которого он является.

"Что в вашей жизни вы особенно любите и цените? Что ведет вас?" - спросили его однажды. Борис, показывая рукой на далекие горы, джунгли и храмы Катманду, ответил: "Все это - игра. Только одно может что-то стоить в этой жизни - как много людей вы сделаете счастливыми".

PS. Фильм о БорисеКупить книгу "Тигр на завтрак" Главы из книги "Тигр на завтрак"Отличная статья И. Глушкова о Лисаневиче

Еще об одесситах в Непале -

"До сих пор въездные визы в Непал всем желающим оформляются без проволочек прямо в аэропорту. Этот факт отражен и во французском фильме "Человек из Гонконга" (1965), где Борис Лисаневич играет русского профессора. Именно "одессит из Катманду" помог великому Герлену создать духи "Samsara", придумал игру в элефант-поло, во время которой игроки гоняют мяч, сидя верхом на слонах, и научил непальских поваров готовить борщ и беф-строганов, а также уникальное блюдо под названием "бомб оф Борис"... Как выяснилось в оживленной беседе, нынешним послом США в Непале также является одессит - Михаил Малиновский. Непростые мотивы когда-то связали с Непалом и другого одессита, советского разведчика Якова Блюмкина, едва не установившего мировое господство коммунизма в Гималаях... Не одесситка, но все-таки имеющая советские корни (еще бы, из рода Алилуевых!) Светлана Сингх несколько лет назад завоевала звание "Мисс Непал" и, по слухам, собирается приехать в Одессу"

www.risk.ru

Тигр на завтрак (М. Писель) читать онлайн книгу бесплатно

"Тигр на завтрак" — повествование о необычайных приключениях Бориса Лисаневича, одесского дворянина, курсанта Морского кадетского училища, эмигранта, выдающегося танцора труппы Русского балета С.П. Дягилева. Любознательный читатель будет поражен судьбой и приключениями этого неординарного человека, бывшего и знаменитым охотником на тигров, и приближенным королей и магараджей, и управляющим клубами и отелями в Индии и Непале, а также путешественником, авантюристом и другом покорителей вершин в Гималаях! В России книга о Борисе Лисаневиче издается впервые.

О книге

  • Название:Тигр на завтрак
  • Автор:М. Писель
  • Жанр:Биографии и Мемуары, История, Путешествия и география
  • Серия:-
  • ISBN:978-5-275-01422-8
  • Страниц:72
  • Перевод:Е. С. Шерр
  • Издательство:Терра-Книжный клуб
  • Год:2014

Электронная книга

I. Мышьяк для птиц

— А что это? — спросил таможенник, ткнув пальцем в большую банку, имевшуюся в моем багаже.

— Мышьяк, — ответил я. Индиец подозрительно посмотрел на меня, откупорил банку и, сунув палец в белый порошок, собрался попробовать его на вкус.

— Не надо, вы же умрете! — крикнул я. На мой крик сбежались все таможенники и пограничники. От меня потребовали объяснений, зачем я захватил с собой столько мышьяка, сколько хватило бы для отравления целого полка. После двадцатичасового перелета из Бостона до Калькутты мне было трудно объяснить что-либо. Невыносимая жара в здании аэропорта и экзотические лица столпившихся вокруг меня людей приводили меня в отчаяние.

— Мышьяк мне нужен для птиц, — промямлил я.

— Для птиц, — повторил человек неприветливого вида с тюрбаном на голове, выхватив банку из рук низенького см...

lovereads.me

Книга "Тигр на завтрак" автора Пессель Мишель

Последние комментарии

 
 

Тигр на завтрак

Тигр на завтрак Автор: Пессель Мишель Жанр: Биографии и мемуары, История Серия: Искусство продаж (Питер) Язык: русский Год: 2007 ISBN: 978-5-275-01422-8 Переводчик: Е. С. Шерр Добавил: Admin 20 Ноя 13 Проверил: Admin 20 Ноя 13 Формат:  FB2 (448 Kb)  RTF (465 Kb)  TXT (434 Kb)  HTML (487 Kb)  EPUB (589 Kb)  MOBI (1766 Kb)  JAR (295 Kb)  JAD (0 Kb) Скачать бесплатно книгу Тигр на завтрак Читать онлайн книгу Тигр на завтрак

Рейтинг: 0.0/5 (Всего голосов: 0)

Аннотация

"Тигр на завтрак" — повествование о необычайных приключениях Бориса Лисаневича, одесского дворянина, курсанта Морского кадетского училища, эмигранта, выдающегося танцора труппы Русского балета С.П. Дягилева. Любознательный читатель будет поражен судьбой и приключениями этого неординарного человека, бывшего и знаменитым охотником на тигров, и приближенным королей и магараджей, и управляющим клубами и отелями в Индии и Непале, а также путешественником, авантюристом и другом покорителей вершин в Гималаях! В России книга о Борисе Лисаневиче издается впервые.

Объявления

Где купить?

Нравится книга? Поделись с друзьями!

Другие книги автора Пессель Мишель

Другие книги серии "Искусство продаж (Питер)"

Похожие книги

Комментарии к книге "Тигр на завтрак"

Комментарий не найдено
Чтобы оставить комментарий или поставить оценку книге Вам нужно зайти на сайт или зарегистрироваться
 

 

2011 - 2018

www.rulit.me

Читать онлайн "Тигр на завтрак" автора Пессель Мишель - RuLit

Борис встретил индийского офицера, который собирался пойти через горы пешком в Катманду. Борис присоединился к нему, и на джипе они добрались до места, где кончалась проезжая дорога. Оттуда они двинулись пешком. Однако на их пути были непроходимые водные преграды, а имевшиеся там до этого маленькие мостики были смыты водой. Целые селения оказались погребенными под глинистыми оползнями, спустившимися с окружающих склонов гор.

Даже небольшие ручьи превратились в потоки, увлекавшие с собой крупные валуны, которые становились опасными для людей с лошадьми, пытавшихся переправиться через водные преграды. Борису пришлось повернуть назад, в то время как индиец продолжил путь, забираясь повыше по склонам гор, чтобы избежать переправ через водные потоки, и шесть дней спустя добрался до столицы Непала.

Наконец, Борису удалось переправить людей и весь груз в Катманду, но, когда он прибыл туда, генерал Бахадур сообщил ему, что передумал и решил не участвовать в этом предприятии. Борис пришел в отчаяние, но после горячего спора он все-таки убедил генерала отдать ему в бессрочное пользование половину своего дворца. Так начиналась история отеля Ройэл.

И все же доставка оборудования в Непал оказалась далеко не самой трудной задачей, вставшей перед Борисом. Для Непала отель определенного класса был такой же новизной, как понятие о туризме для большинства непальцев. Во всей долине не было ни керосина, ни газа, ни настоящего электроснабжения. Готовить пищу можно было только на дровах. Все продукты, кроме риса, являющегося основной продовольственной культурой страны, приходится доставлять авиагрузом или на горбу носильщиков.

Борис построил пекарню с русской печью, конструкция которой была дотоле неизвестна в Непале, и вскоре пекарня с персоналом из десяти работников обслуживала всю иностранную колонию. Оседлав своего «конька», Борис научил непальцев выращиванию самых разных ягод и овощей, о которых те даже не слыхивали — моркови, свеклы, шпината, салата и клубники. Они быстро росли, хорошо прижились здесь, и с той поры многие непальские крестьяне сами стали выращивать их.

Что касается обслуги, помогавшей индийскому персоналу, привезенному Борисом, то ее приходилось обучать всему с нуля, т. к. эти люди даже не имели представления о том, для чего нужна ложка, как стелить постель, ставить тарелку или чистить обувь.

Борис терпеливо решил все эти задачи. Ему также пришлось учить обслугу таким непривычным для них вещам, как ношение обуви и мытье рук. Ему также пришлось объяснять им, что для клиентов нельзя набирать воду из «маленьких белых колодцев», как они именовали унитазы.

Когда доставили первые кровати, Борис начал уговаривать премьер-министра и короля, чтобы они разрешили выдавать визы туристам. Ранней весной 1955 г. он получил письмо от фирмы «Томас Кук и сыновья» с просьбой договориться о визах для трех групп туристов знаменитого кругосветного круиза на «Каронии», чтобы они могли провести двое суток в Непале. После долгих уговоров и энергичного лоббирования Борису удалось убедить непальское руководство в необходимости выдать визы этим первым иностранным туристам по их прибытии сюда.

Борис спешно привел отель в порядок к их приезду. Это было событием не только для королевства, но и для всего мира. В журнале «Лайф» от 28 марта 1955 г. появилась по этому поводу статья на четырех страницах, в которой говорилось следующее:

«Неудержимый поток туристов, нарушивший покой многих святилищ, наконец, прорвался и в Непал. Скрытая в Гималаях, эта страна издавна капризно держала свои границы закрытыми почти для всех иностранцев. Однако недавно русскому по происхождению натурализованному британцу Борису Лисаневичу удалось взять в аренду дворец в столице страны Катманду и переоборудовать его в отель Ройэл. При этом ему пришлось завезти туда буквально все и вся от кухонной утвари и поваров до унитазов. Затем с помощью лоббирования ему удалось добиться разрешения на приезд туристской группы по линии „Томас Кук и сыновья“…»

Даже в Непале турист — это турист.

* * *

Борис добился не только виз. Он договорился о том, чтобы сам король посетил прием, устраиваемый в честь приезда туристов. Г-н Александер с супругой из фонда Форда, прибывшие сюда за несколько месяцев до этого и ставшие клиентами отеля «Ройэл», обошли лавки ремесленников, чтобы выяснить, какие из тонких изделий ювелиров и кустарей страны заслуживают внимания за рубежом. По их мнению, они могут привлечь иностранцев и стать источником валютных поступлений для государства.

В день приема в их честь король Махендра и министры его двора были приятно удивлены, узнав, что туристы ринулись в лавки ремесленников, скупая все что ни попадя и стараясь опередить друг друга. Украшенные камнями медные шкатулки, маски и другие предметы искусства оказались так популярны, что их не хватило для всех и пришлось немедленно сделать новые заказы.

Король Махендра был так ошеломлен очевидным энтузиазмом туристов, привлеченных этими изделиями, что в тот же час на террасе отеля Ройэл приказал министрам впредь выдавать визы всем туристам без проволочек. Так, благодаря стараниям Бориса, Непал неожиданно открылся для внешнего мира. И сегодня, по прошествии десяти лет, даже возросшего числа авиарейсов, ежедневно прибывающих в долину самолетов, недостаточно для потока туристов, желающих посетить это живописное королевство Азии.

С ростом туризма и учреждением офисов международных организаций, оказывающих помощь Непалу после его приема в ООН в 1955 г., в долине появилось много белых людей. Вскоре отель Ройэл стал местом встреч европейцев и непальцев. И Борис с его жизнерадостностью, обаянием и энтузиазмом стал душой городского общества. Как заметил один корреспондент видной американской газеты, «Борис являет собой достопримечательность номер два в Непале после Эвереста». Это весьма высокая оценка, в особенности если учесть, что по неведомой причине долина Катманду изобилует экстравагантными людьми.

III. Свиньи и люди

Мы с Мари-Клер полагали, что за тысячи километров от мегаполисов Европы и за полсвета от Нью-Йорка, в сотнях километров от ближайшего индийского города, Катманду с его изолированной от мира долиной будет для нас гаванью мира и покоя. Имея это в виду, мы разместились в маленьком бунгало, располагавшемся в уединенном уголке участка, на котором помещался отель. Однако очень скоро наши иллюзии рассеялись, т. к. выяснилось, что внешний мир надвигается и сюда: круг наших знакомств быстро расширялся и это напоминало парижский сезон выхода в свет молодых девиц. Оказалось, что посещение и приглашение друзей стало рутиной для Катманду с тех пор, как Борис переехал в Непал. Все большее число людей стремилось скорее познакомиться с Борисом, чем взглянуть на Эверест. Первые из них прибыли неделей позже нас.

Взбираясь по скрипучей лестнице в апартаменты Бориса, я повстречался с высоким человеком, спускавшимся от него. Загорелого красивого мужчину звали Эд. Так в отеле Ройэл именовали сэра Эдмунда Хиллари. Этот отель был для него чуть ли не вторым домом, куда он не менее одного раза в год наезжал после своих многочисленных экспедиций в Гималаи и в связи со своей нынешней работой по организации школ для детей шерпов, проживающих в районе Эвереста.

Я рассчитывал, что теперь, когда Хиллари живет в отеле, я узнаю гораздо больше об альпинизме. На деле этого не произошло.

Зато я многое узнал о пчеловодстве. Непритязательный и энергичный, Хиллари — воплощение энергетики и динамизма. Неиспорченный славой, долговязый новозеландец сохранил природную доброжелательность и шарм. Борис, всегда стремившийся использовать любую ситуацию в своих интересах, не забыл, что до того как сэр Эдмунд первым в мире взошел на Эверест, он был пчеловодом. Теперь Борису пришла в голову мысль ввозить пчел из Новой Зеландии. Это был еще один из его многочисленных проектов и планов. Эд, старый друг Бориса, разделял его энтузиазм по этому поводу и определенно больше предпочитал разглагольствовать о пчелах, нежели бесконечно повторять рассказ о покорении им верхушки мира.

www.rulit.me

VIII. Тигр — охотник на женщин. Тигр на завтрак

VIII. Тигр — охотник на женщин

На третий день нашего пребывания в Калькутте Борис захватил меня в район Алипора, где хотел познакомить со своим лучшим другом Бхайей, магараджей Куч Бихара. Когда-то его резиденция Вудлендс занимала несколько десятков акров в этом жилом районе. Позднее часть его земель была продана. Тем не менее, роскошный дом магараджи производит большое впечатление, а рвение слуг, которые опрометью бросились открывать дверцы машины, все еще свидетельствовало о принадлежности нашего хозяина к «королевской» знати и о его высоком положении.

Было бы нелегко рисовать анахронистическую картину магараджи и его владения. Исходя из детских представлений, я ожидал встретить потентата в тюрбане, а на деле встретил изумительно красивого человека, недавно перешагнувшего за сорок, или, по крайней мере, мне так показалось.

Дом, отделанный в самом современном виде, свидетельствовал о потрясающей роскоши. Управительницей в нем была элегантная и очень красивая молодая англичанка, жена Его Высочества. Здесь ничто не напоминало о феодальной строгости дворцовой жизни в Непале.

Магараджа, блестящий и веселый человек с безукоризненным итонским английским, был явно настоящим аристократом. Единственной экзотической ноткой, — которую я постоянно замечал с тех пор, как приехал в Индию и Непал, — были охотничьи трофеи — чучела голов крупных зверей и ковры из тигриной шкуры. Все это напоминало о том, что в Индии есть исключительная возможность заняться спортом королей и принцев — охотой на тигров.

Маленький тигренок, заползший в гостиную, пока мы утоляли жажду, свидетельствовал о том, что трофеи, украшающие дом, не просто напоминают об ушедших днях. Настоящий любимец семьи, малыш-тигренок заставил меня забыть, как свирепы и страшны тигры, и что охота на них — одна из самых рискованных и волнующих, и все еще достаточно широко практикуется и в настоящее время.

Хотя население Индии составляет 475 миллионов[8], значительную часть ее площади занимают джунгли и болота. Даже там, где эти земли обитаемы, имеется масса дичи, т. к. туземцы не имеют права убивать диких животных, да у них для этого нет и средств. Широко известные рассказы о зверях-людоедах легко объяснимы тем фактом, что в густонаселенных районах обитает поразительное множество тигров и леопардов.

До того, как охота в Индии стала спортом, ею занимались раджи и вельможи высокого ранга по нижайшей просьбе местных крестьян избавить их местность от зверя-людоеда или особо опасного зверя, зарезавшего много скота.

Впоследствии охота на тигров стала очень популярной и в качестве развлечения знати заменила собой такой распространенный у них прежде вид спорта, как охота с прирученными гепардами, любимое занятие великих могольских императоров. Так же как европейская знать обожала охоту на оленей (из истории Франции известно, что при этом три короля погибли, упав с лошади), индийские вельможи занимались охотой на тигров.

В чащобах или саванне они практиковали охоту на слонах. Удобно устроившись на спине гигантского животного в прямоугольном коробе типа паланкина, они могли передвигаться по непроходимым местам. Как нынешняя аристократия воодушевленно держит чистокровных рысаков, так многие магараджи гордились тем, что держат большое число хороших охотничьих слонов.

В некоторых районах Индии слон все еще считается священным животным. Великого индийского бога Ганеша, покровителя домашнего очага и советчика во всех начинаниях, изображают с головой слона, животного, почитаемого за его ум.

Во всех религиозных и государственных процессиях и церемониях участвуют слоны, покрытые великолепной, часто украшенной драгоценными камнями попоной. Слонов не только покрывают шелками и бархатом, но и раскрашивают, превращая их в легендарных разноцветных чудовищ.

Для Бориса, как и в прошлом с членами Клуба-300, главным предметом разговора является охота. До войны зимой на каждый уик-энд любимым времяпрепровождением калькуттских бизнесменов была охота на бекасов в окрестностях города. Там было так много этих маленьких быстрокрылых птиц, что охота на этих пернатых всего в каких-то восьми километрах от центра Калькутты была очень привлекательным занятием.

До войны жизнь Бориса в этом городе была приятной и спокойной. Почта в Европу уходила по морю в пятницу утром, а после полудня почти все офисы в этот день закрывались. Борис обедал у Фирпо или у Пеллити, где купечество собиралось, чтобы в приятной обстановке завершать последние сделки за неделю. А вечером он либо был на концерте у Фирпо, устраивавшемся на галерее ресторана с видом на майдан, либо шел в популярный клуб Толлигани, хотя этот клуб был особенно популярен за практиковавшийся там «гольф с завтраком». На эту забаву приходили на заре, до того как жара даже англичанам помешает вольготно ходить по полю.

Теннис и гольф занимали послеполуденное время Бориса до вечерних коктейлей и приемов, посетители которых обычно завершали день в Клубе-300, где по субботам развлекались до самого утра. У Бориса оставалось совсем мало времени для того, чтобы вздремнуть, т. к. в половине первого начинался первый забег на ипподроме или стипльчез на беговой дорожке в Толлигани в период муссонов. Единственным отклонением от этой приятной рутины служили вылазки в глушь страны для охоты на крупную дичь.

В Лаосе Борис уже познакомился с некоторыми видами элитарной охоты, практикуемой в Юго-Восточной Азии, но с еще б?льшим воодушевлением он выехал с магараджей Куч Бихара на свою первую большую охоту на тигров в Индии в 1939 г.

С той минуты, когда он сошел с поезда в Куч Бихаре и вошел в ворота дворца, у него возникло ощущение, что он попал в средневековый замок. Вокруг сновали слуги, прибывали следопыты с докладами о ситуации в джунглях. Бхайя отдавал короткие указания о времени выхода на охоту, и сию же секунду сотни людей отправлялись в буши, чтобы устроить лагерь.

Эти охотничьи лагеря в Индии не имели ничего общего с простенькими стоянками, с которыми Борис познакомился в Индокитае. В некоторых палатках была такая роскошь, как горячая и холодная водопроводная вода, удобная мебель и ковры вместо земляного пола. Для охоты магараджа нанимал десятки погонщиков слонов, охотников и следопытов.

Никакими словами нельзя описать напряженную атмосферу в стане охотников перед облавой. Как только охотники докладывали, что выследили тигра, лагерь преображался. Все как загипнотизированные молча выслушивали описание следов зверя. Без промедления составлялся план действий. Магараджа отдавал распоряжения о расстановке слонов. Огромные животные тяжелой поступью выступали из лагеря, а гости занимали места на своих опустившихся на колени слонах и приглушенными голосами обсуждали шансы на добычу желанного трофея.

Когда Борис добрался до места, где был привязан обреченный на расправу буйвол, его волнение утроилось. Следы вокруг были немым свидетельством трагедии, разыгравшейся прошедшей ночью, когда тигр загрыз буйвола. Можно было легко различить отпечатки мягких лап этой большой кошки, кружившей вокруг приманки, пока не настал момент атаки. Земля была залита кровью, а по широкой полосе можно было судить о том, в какую сторону тигр утащил свою жертву.

Охотники показали на густую чащобу, которую вскоре должны были окружить загонщики. Где-то там, в прохладной тени, в тот момент наверняка лежал царь джунглей.

Затем началась облава. Треск ломающихся древесных веток и кустарников показал направление движения слонов-загонщиков. Сидя на мощном слоне с длинными бивнями, Борис внимательно наблюдал, выжидая появления свирепого зверя. Момент ожидания является самым волнующим и притягательным за всю охоту. Все чувства обостряются, каждый звук или шевеление заставляют вздрагивать от нетерпения. Загонщики, передвигающиеся на слонах, перекликаются друг с другом, обезьяны с визгом разбегаются, а за ними быстрой рысцой следуют грациозные фигуры пятнистых оленей.

Вот слоны-загонщики уже приближаются, становятся видны их хребты над высокой травой, в которой они перемещаются, как тяжело нагруженные корабли в бурном океане. Затем из подлеска внезапно появляется тигр, шагающий медленно и величаво, в ярости колотя хвостом из-за того, что его покой посмели потревожить. В этот момент он замечает слонов и замирает на месте. Это та самая доля секунды, когда надо стрелять, т. к. иначе тигр умчится, как стрела. В охоте на тигра именно этот момент делает ее самым привлекательным видом спорта.

Борис прицелился и выстрелил. Тигр, оскалившись, рванулся вперед, затем грузно упал на землю. Первая облава завершилась, Борис добыл свой трофей.

Организация облавы — не простое дело. Малейшая оплошность со стороны загонщиков может оказаться гибельной для охотника.

За этой первой охотой последовала целая серия охотничьих вылазок, в которых Борис принимал участие. В джунглях он чувствовал себя в своей стихии, и даже сегодня его друзья считают Бориса одним из самых лучших охотников из тех, кого они знавали. Видимо, он обладает каким-то шестым чувством охотника на крупную дичь и памятью, позволяющей ему запоминать каждый уголок джунглей.

Во время охоты он становится напряженным и уже не тратит время на разговоры, шутки или бездумные замечания. Целиком сосредоточившись на поиске дичи, он становится неустанным стратегом, настоящим фанатиком этого дела.

В Индии практикуются самые разнообразные методы охоты на тигров. Борис перепробовал их все: выслеживал дичь пешком, на слоне и охотился со стационарной платформы. Стрельба с платформы — наименее спортивный метод. Для этого к столбу привязывают буйвола и ждут, пока тигр не зарежет привязанное животное. Когда сообщают, что тигр сделал свое дело, на близлежащем дереве устраивают платформу. Охотник забирается туда к вечеру, т. к. тигры редко возвращаются к туше убитого ими животного среди бела дня. Вполне вероятно, что, переварив съеденное предыдущей ночью мясо, тигр вновь вернется к этому месту перед заходом солнца. Охотник молча сидит и ждет. До появления зверя могут пройти многие минуты, и даже часы. Такая охота не очень-то спортивная, хотя обычно охотник добывает свой трофей.

Один знакомый Бориса, богатый магараджа, отличавшийся эксцентричностью, устраивал охоту с привадой на широкую ногу. В его индийском штате проходила дорога протяженностью 50–60 километров. Через каждые два километра он устраивал платформу, у которой привязывал к столбу козу или буйвола. К вечеру магараджа садился в машину с встроенным холодильником, куда ставил шесть бутылок содовой и два литра виски (таков был его вечерний рацион), и фонарем. Таким образом, обеспечив себе все удобства, Его Высочество отправлялся в путь и отстреливал зверей на приваде. Его личный рекорд на такой, с позволения сказать, охоте составил семнадцать леопардов и одного тигра за один вечер.

Однажды Его Высочество сидел на плохо сколоченной платформе на высоте около шести метров. Внизу лежал зарезанный тигром буйвол, а в руках магараджи была двустволка калибра 0,577. Через некоторое время появился тигр. Магараджа прицелился и выстрелил. Неожиданно выстрел произошел сразу из двух стволов. В результате убитый тигр упал по одну сторону свалившейся на землю платформы, а полумертвый магараджа — по другую.

Когда несколько недель спустя этот магараджа приехал в Калькутту и зашел в Клуб-300, он отдал бракованное ружье Борису с просьбой отремонтировать его. Борис отнес его в Мэнтон, лучшую оружейную мастерскую Калькутты. Забрав отремонтированное оружие, Борис поехал опробовать его и, к счастью, сделал это не с вышки.

«Я прицелился и выстрелил, — рассказывал он, — и меня буквально подняло в воздух и опрокинуло назад, хотя я и был готов ко всему. Оказалось, что выстрел снова произошел сразу из двух стволов одновременно».

Будучи в Индии Борис имел возможность испробовать самые лучшие в мире виды ружей от 22 калибра до крупнокалиберных штучных дробовиков. У магараджи Куч Бихара имеется прекрасная коллекция ружей — от комбинированного гладкоствольного нарезного двадцатичетырехкалиберного под пулю и дробь до редкого четырехкалиберного с нарезным стволом.

У дедушки магараджи, отличавшегося богатырским телосложением, была четырехкалиберная двустволка штучного изготовления специально для него. Она была такой длинной и тяжелой, что ее могли поднять только одновременно два человека нормального телосложения. Именно магараджа Куч Бихара прославил свой штат как место для «большой охоты». В своей книге, озаглавленной «Тридцать семь лет охоты на крупную дичь», магараджа перечисляет невиданное количество тигров, медведей, носорогов, пантер и диких буйволов, добытых им или его знатными гостями, в числе которых были представители высшей знати Европы и Востока, включая князя Эстергази, лорда Лэнсдауна, лорда Гамильтона, князя Кристиана Виктора, принца Ханса Генри из Плесси и др.

Высокая репутация охоты в этом штате базировалась также на большом числе прекрасно обученных слонов, принадлежащих местным магараджам. В Куч Бихаре, Ассаме и Дуарсе пешая охота практически невозможна, т. к. слоновая трава там вырастает высотой до 6—10 метров. Естественно, что слонам уделяется большое внимание. Они доживают до шестидесяти лет. У каждого есть своя кличка и родословная.

В целом, различают четыре типа слонов: «таскеры» — крупные экземпляры с массивными бивнями, на спины которых водружают тяжелые паланкины из дерева и плетенки; «макна» — самцы без бивней; «кунке» — быстрые и проворные; и «чакна» — самцы без бивней, но с большой головой. Всех прирученных слонов называют «хати», а диких слонов в Ассаме называют «банува».

Когда Борис впервые попал в Куч Бихар, в стойлах магараджи было около семидесяти слонов. Слонов, которые не несут паланкины, покрывают попонами и большими, набитыми соломой из джута матрацами, закрепленными перекинутыми через живот толстыми тросами. У магараджи был один слон, который резким трубным звуком подавал сигнал о близости тигра.

Потревоженные шумом, производимым загонщиками или слонами, тигры могут без колебаний напасть на последних и нанести им когтями глубокие раны, одновременно впиваясь зубами в кожу. Чаще всего слоны выходят из такой схватки победителями, но страдают от жестоких ран и потери крови. Слонов выручают их размеры. Им бывает достаточно сделать кувырок, чтобы задавить противника или поднять тигра хоботом и ударить о древесный ствол. Иногда он пинает тигра, с удивительной скоростью бежит за ним и затаптывает до смерти своими гигантскими ногами, а затем встает на колени и давит его головой и бивнями. И все-таки тигры являются опасными противниками даже для слонов.

Старые или охромевшие тигры, подраненные охотниками, обычно становятся людоедами. О них ходят бесчисленные легенды, многие из которых характерны преувеличениями. Но факт остается фактом, что тигры-людоеды встречаются довольно часто, и каждый из них вполне может убить двух-трех человек, а чаще всего и больше. Тигр, ставший людоедом, если есть такая возможность, начинает питаться исключительно человечиной. А поскольку взрослый тигр прожорлив, то его жертвы могут исчисляться десятками.

Коренное население Индии — это слишком бедные и невежественные люди, не имеющие сил и средств положить этому конец. Более того, тигры-людоеды способны проходить большие расстояния и находить новые жертвы на окраине тех деревень, где информация о них еще не распространилась. Людоедами становятся не только тигры, но и пантеры, которые еще более опасны, т. к. преследуют крестьян вплоть до самых хижин.

В 1939 г., охотясь в штате раджи Бамры, юго-западнее Калькутты, Борис сумел выследить тигра-людоеда. Он давно мечтал об этом. Дело было так. Известие о нападениях тигра-людоеда в соседней деревне пришло во дворец раджи в пять часов дня. Борис немедля поехал в эту деревню. В то утро тигр убил трех женщин. Это была типичная индийская деревенька с хижинами из самана, некоторые из которых покрыты соломой, другие — тонкой гончарной плиткой.

По приезде Борис застал всех жителей деревни в глубочайшем трауре. Их стенания можно было услышать издалека. Стояла удушливая жара, и поскольку вода в большинстве колодцев высохла, три женщины пошли постирать белье в лесном родничке за три километра от деревни. Несколько часов спустя проходивший мимо водоема крестьянин нашел двух женщин мертвыми. Ударом лапы тигр разодрал им затылки. Прибежавшие крестьяне нашли следы крови, из чего сделали вывод, что была еще одна женщина, которую тигр уволок с собой.

На следующее утро перед восходом солнца Борис разыскал местного жителя, хорошо знавшего окрестности, и, пройдя мимо рыдавших у погребальных костров женщин, они направились к роковому родничку. Там они осмотрели пятна крови и следы, оставленные тигром, утащившим свою жертву в лес.

Деревню окружали небольшие холмы с пологими склонами, покрытыми соляными деревьями и бамбуковыми рощами. В разгар жаркого сезона значительная часть леса и подлеска выгорела, отчего видимость была вполне приличной. Идя по следам тигра, Борис и туземец вскоре обнаружили страшно изуродованные останки третьей женщины. Ее грудная клетка была разорвана, ребра обглоданы, руки и ноги объедены до костей, а голова превратилась в бесформенную массу окровавленной плоти.

Борис отвел взгляд от отвратительного зрелища и осторожно отошел в сторону — осторожно, потому что знал, что тигр должен быть недалеко, где отдыхает и нагуливает аппетит, чтобы затем доесть эти ужасные объедки.

Вокруг царило безмолвие. В мареве было видно, как волны жаркого воздуха перекатывались через побуревшие травы подлеска. Борис пошел крадучись вокруг холма, на котором они нашли останки. Сердце молотом билось в его груди от возбуждения. Ему еще не приходилось встречаться с тигром-людоедом, и он понимал, что в глазах этого зверя он был всего-навсего еще одной порцией еды.

В отличие от других тигров, которых он выслеживал пешим порядком, этот при виде людей не стал бы уходить, а, скорее всего, сразу же напал, как те, которые часто кидались на слонов Куч Бихара.

«Внезапно, — вспоминает Борис, — я заметил тигра, лежавшего среди высоких бамбуковых деревьев примерно в шестидесяти метрах выше меня. У меня был пятизарядный маузер. Я прицелился и выстрелил, но пуля зацепила ствол бамбука и отклонилась. Тигр вскочил на ноги и помчался от меня вверх по холму. Не успел он добежать до гребня, за которым исчез бы из виду, как я снова выстрелил. Пуля попала ему в заднюю часть спины, но я не знал, был ли он в смятении, или взбешен. Он резко развернулся и вновь побежал, но на этот раз вниз по склону, прямо на меня.

Находясь внизу, я мог видеть только его голову. Я прицелился ему в лоб и спустил курок. Однако выстрел не прозвучал — ружье дало осечку. Я поспешно прицелился снова. На этот раз осечки не было, пуля попала ему точно в лоб. Тигр замер на месте, приготовился к прыжку и скользнул вниз в трех метрах от меня. Там он остановился и замотал головой. Я видел, куда угодила пуля, и ожидал, что он свалится замертво. Но он продолжал стоять, мотая головой.

Памятуя об осечке и о том, что у меня в обойме осталась всего одна пуля, я не решился сразу же стрелять. Наконец, через несколько мгновений, показавшихся мне вечностью, все еще мотая из стороны в сторону головой, он развернулся и пошел прочь. Я быстро зарядил новую обойму и дважды выстрелил, после чего он рухнул на землю бездыханный.

Когда я убедился, что он мертв, мне представилась возможность осмотреть его. Он был огромным, но тощим и костлявым. У него был свирепый вид. Вероятно, в схватке с другим тигром он утратил б?льшую часть хвоста. На всех четырех лапах у него было только по три целых когтя, а в пасти лишь один целый зуб. Не было сомнения, что он стал людоедом из-за старости».

Когда Борис доставил людоеда в деревню, траур жителей тут же сменился праздничным весельем, и в тот же вечер они устроили большую облаву в соседнем лесу, с тем, чтобы Борис добыл им мяса для еды. Облава оказалась исключительно успешной. Из джунглей выбегали целые стада оленей и кабанов. Выбирая только самые крупные экземпляры, Борис подстрелил двух гепардов, кабана, двух медведей, двух антилоп нильгау и ряд других животных. Нильгау — крупная антилопа величиной с лошадь. На хинди нильгау означает «голубой бык». Поскольку быки и коровы в Индии священны, нильгау, благодаря своему названию, охранялись крестьянами и сильно размножились, нанося огромный ущерб посевам.

Приблизительно в 1953 г. власти Индии переименовали эту антилопу из «нильгау» в «нильгора», что означает «голубая лошадь». В результате контрабандисты и охотники с чистой совестью могли добывать это животное.

Подобным образом в Непале относящиеся к семейству коров яки в 1856 г. были объявлены относящимися к семейству оленей, и потому могли входить в продовольственный рацион непальской армии, вторгшейся в Тибет.

Находясь в Калькутте, Борис имел возможность охотиться практически в любом уголке центральной и восточной части Индии. В центральном регионе он часто охотился с раджой Кариа. Там он отстреливал оленей и буйволов, будучи сопровождаем на охоте местными стрелками племен гонд и байга. Эти аборигены являются величайшими следопытами Индии и несравненными охотниками.

В районе Пуна бомбейской провинции Борис часто охотился на леопардов, как и вблизи Куттаки в штате Орисса, где добыл еще одного тигра-людоеда.

До Второй мировой войны процедура получения разрешения на охоту в Индии была довольно простой. Сначала в управление лесов направлялся запрос на разрешение охотиться в определенных участках джунглей, затем при необходимости организовывался наем слонов, после чего, получив разрешение, можно было отправляться в путь.

Но Борису больше всего нравилась охота не с большой компанией, а в одиночку на слоне перед восходом солнца. В это время в джунглях можно встретить много зверей, возвращающихся в свои логова. Слышится многоголосое пение птиц и царит оживление, предшествующее наступлению жаркого дня. В один из таких дней слон, на котором ехал Борис, внезапно остановился и задрожал. Погонщик, сидевший на шее слона, издал резкий крик: «Мара, мара, сахиб, мара!» («Змея, господин, змея!»).

На тропе перед слоном лежала огромная королевская кобра, самая смертоносная и опасная змея Индии. Хотя для ехавших на слоне людей она была мало опасна, кобра могла напасть и убить своим смертельным укусом самого слона. Ружье Бориса было заряжено дробью номер четыре. Он выстрелил из обоих стволов и расчленил змею надвое. Перед его взором прошло страшное зрелище: обе половинки кобры расползлись по разные стороны тропы.

Просто невозможно описать очарование джунглей на рассвете. Массивные, заросшие мхом стволы деревьев, открытые, болотистые участки, поросшие гигантской слоновой травой, которая колышется на ветру, создавая впечатление гигантского рисового поля. Атмосфера в лагере охотников всегда волнительна, и когда человек остается в джунглях один на один с крупным диким зверем, вполне вероятна ситуация, в которой схватка, несмотря на неравные силы, может окончиться не в пользу охотника.

В декабре 1938 г. к Борису явился швейцарец Холленштайн, его калькуттский друг и заядлый охотник. Он попросил Лисаневича помочь ему застрелить опасного дикого слона, бродившего по джунглям. Департамент лесного хозяйства штата Ассам разрешил отстрел этого слона и даже назначил премию за его голову.

Однако приближалось Рождество, и поскольку в Клубе-300 начиналась предпраздничная лихорадка, Борис не имел возможности отлучиться. Ему против его воли пришлось остаться, в то время как Холленштайн с друзьями швейцарцами, которые были настоящими охотниками, отправился без него.

И все же по прошествии нескольких дней Борис не удержался и, сев на поезд, приехал в лагерь, раскинутый швейцарцами. По прибытии он пришел в ужас, узнав, что Холленштайн погиб.

Оказалось, что его убил тот самый бродяживший слон. Швейцарец ехал на прирученном слоне и напал на его след. Он слез на землю и начал преследовать «бродягу» пешком через густые заросли травы. Выследив мощное взбешенное животное, укрывшееся в чащобе, он выстрелил. Слон рухнул в траву. И когда приблизились остальные члены команды, ехавшие без оружия на слонах, Холленштайн допустил непростительную для охотника глупость: сочтя слона мертвым, он подошел к нему со стороны головы. Не успел он приблизиться, как раненое животное выбросило хобот, загребло его и на глазах беспомощных друзей ударило о землю с такой силой, что он тут же погиб. Не удовлетворившись этим, «бродяга» поднялся на ноги и до неузнаваемости изуродовал несчастного охотника своими мощными бивнями.

Вне всякого сомнения, преследование дикого зверя, сидя на слоне, небезопасно. К примеру, бывают страшные случаи, когда слон попадает на зыбучие пески. Часто случается, что джунгли и саванны Ассама и Куч Бихара уступают место заболоченным участкам, в которых утопает слон. Для слонов такая гибель особенно мучительна, т. к. торчащий из глинистой жижи хобот дает животному возможность дышать еще несколько часов даже после того, как туловище и голова засосаны болотом. Когда слон начинает тонуть в таком топком месте, людям, сидящим на нем, следует проявить особую осторожность, т. к. в состоянии паники слон будет цепляться за что угодно, включая людей, лишь бы подложить себе что-нибудь под ноги и остаться на поверхности.

Еще чаще бывают случаи, когда слон внезапно впадает в бешенство. Тогда возникает вероятность того, что он сломя голову понесется через джунгли, и люди, сидящие на нем, либо сорвутся с его спины, либо разобьются о ветки и стволы деревьев. Падение со слона, помимо прочего, сопряжено еще и с опасностью того, что в панике слон может принять упавшего за тигра и затоптать несчастного до смерти.

К счастью, погонщик обычно узнает о том, что слон может впасть в бешенство по нагноению желез, расположенных за его ушами. Тем не менее, случаи бегства слонов нередки. К примеру, Ингер, вторая жена Бориса, чуть ли не погибла в такой ситуации.

Бывают и более редкие случаи, когда тигру удается схватить человека, охотящегося на него сидя на слоне. Имел место и такой случай, считающийся уникальным в истории охоты на тигров, когда один плантатор, знакомый Бориса, будучи на слоне подвергся самому настоящему нападению тигра. Это был один из страшных эпизодов охоты на тигра, от рассказов о котором волосы встают дыбом. Тот тигр не был людоедом, а лишь был перед этим ранен.

Был и такой эпизод. Один неопытный индиец, чайный плантатор, неудачным выстрелом ранил тигра в окрестностях Пакса Дуара, севернее Куч Бихара, у границы с Бутаном. Посчитав тигра мертвым, он отправил людей за тушей. Когда они вошли в лес, то внезапно подверглись нападению взбешенного зверя. Одного из них тигр сразу загрыз, второго сильно поранил.

На следующий день по просьбе индийца местный чайный плантатор англичанин г-н Пуллэн отправился с двумя слонами и погонщиками на охоту за раненым тигром. Пуллэн с погонщиком ехали впереди, а другой погонщик, непалец, ехал на втором слоне.

Когда они возвращались после безуспешных поисков, тигр внезапно напал на них. Он вспрыгнул сзади на спину первого слона. Пуллэн попытался отогнать тигра ружьем, но тигр схватил ружье зубами и, случайно нажав на курок, привел его в действие. Напуганный выстрелом слон споткнулся и упал, сбросив Пуллэна и погонщика.

От удара Пуллэн потерял сознание, а, придя в себя, обнаружил, что у него сломаны рука и нога, а вторая нога страшно искромсана зубами хищника, который стоял над ним, оскалив пасть. Пуллэн услышал крик своего погонщика и увидел его на дереве в нескольких метрах над собой. Погонщик крикнул ему, чтобы он попытался приблизиться, и тогда он втащит его к себе на дерево. В отчаянии, опираясь на относительно здоровую руку, рана в которой сильно кровоточила, Пуллэн подполз к дереву. Тигр неотступно следовал за ним.

Плантатор обязан жизнью смелому приходу второго слона, чей погонщик, рискуя жизнью, заставил испуганное животное подойти поближе и опуститься на колени прямо перед взбешенным тигром и раненым человеком. Затем непальцу удалось поднять плантатора на спину слона, где тигр не мог его достать. Аптечка и многочисленные швы, наложенные на его израненные конечности, спасли ему жизнь, хотя в Англии он в течение нескольких месяцев провалялся в больнице, где в конце концов ему ампутировали одну ногу. Непальский погонщик получил медаль за храбрость. Нужно ли говорить, что это невероятное приключение является одним из самых фантастических в летописи охоты на тигров.

Хотя друзья Бориса не соглашаются с ним, сам Борис утверждает, что ему никогда не приходилось вступать в настоящую схватку со слонами, тиграми или медведями. Со временем Борис стал еще более увлекаться охотой. В 1958 г. он добыл своего шестьдесят восьмого тигра. Это отнюдь не рекордный результат. К примеру, магараджа Саргуджи, несмотря на преклонный возраст, добыл 1177 тигров, установив мировой рекорд, и все еще продолжает охотиться. Однако таким количеством добытых тигров, как у Бориса, может похвастаться далеко не каждый охотник, в особенности, если учесть, что он не является профессионалом и не имеет тех возможностей, которыми обладают магараджи.

Помимо шестидесяти тигров, включая трех людоедов, Борису принадлежит уникальное достижение, непревзойденное до сих пор: единственный добытый белый леопард — на его счету.

Это произошло на охоте в компании с большим другом Бориса магараджей Думраона, чьи большие имения занимали часть территории нынешнего штата Бихар, простирающегося к западу от Бенгалии, вдоль и к югу от непальской границы.

Начиная с 1938 г. Борис ежегодно выезжал на охоту с магараджей Ассама, не считая многочисленных вылазок с Думраоном из его имения.

Думраон, невысокий, коренастый, веселый мужчина, заядлый, ловкий охотник был знаменит еще и тем, что затеял и выиграл одну из самых долгих судебных тяжб в Индии, а, возможно, и в мире. Один мошенник утверждал, что дед магараджи усыновил его за день до смерти, и потому титул магараджи Думраона по праву принадлежит ему. При поддержке какого-то финансиста обманщик-претендент вел тяжбу в течение сорока пяти лет во всех судах Индии, и, в конце концов, дело было передано в тайный совет Британии, где был вынесен окончательный вердикт. По иронии судьбы это произошло в 1946 г., т. е. за год до того, как Индия стала независимым государством, и все магараджи и родовитые помещики потеряли свои имения.

В 1942 г. Борис и Кира выехали на охоту с магараджей Думраона и его супругой в Бихар, в лес, по соседству с городом Сассарам. За первые три дня охоты они ничего не добыли, несмотря на то, что их команду сопровождала сотня загонщиков-аборигенов. Фактически поездка оказывалась напрасной. Борис провел ночь на платформе над привадой, но так и не увидел тигра, несмотря на то, что тот рычал где-то по соседству, но так и не вернулся доедать убитого им быка.

В последний день утром было устроено три последовательных облавы, но вновь впустую. Ни один зверь не вышел из сушняка, где росли деревья сэл и бамбук. В конце концов, все, глубоко разочарованные, возвратились в лагерь. Кира и Махарани (супруга магараджи) решили прогуляться, а Борису магараджа предложил в порядке утешения пойти пострелять павлинов. Они отправились пешком. Магараджа захватил нарезное ружье 16 калибра, а Борис, на всякий случай, ружье и винтовку.

Они прошли около сотни метров от лагеря и уселись на тропе в пятидесяти метрах друг от друга. Загонщики начали свою работу, медленно продвигаясь в сторону тропы. Они были недалеко, и их крики были слышны, но из леса никто не вылетел и не вышел. Все шло к тому, что им опять не повезет. И вдруг примерно в тридцати метрах Борис увидел странное животное. Это определенно был леопард, но в нем было что-то необычное.

Борис поднял винтовку, которую, к счастью, взял с собой, и выстрелил. Пуля поцарапала зверю голову. Круто развернувшись, хищник бросился прямо к Борису, но остановился как вкопанный в трех метрах от него. Борис все еще сидел на тропе в неудобном для стрельбы положении. Он быстро открыл затвор винтовки, пустая гильза вылетела, но из-за волнения он открыл затвор не до конца. Поэтому, когда он спустил курок, раздался всего лишь сухой щелчок. С зловещим рыком большая кошка развернулась и исчезла в чащобе. К этому времени загонщики практически вышли на открытое место.

В этот момент Борис обнаружил, что у него произошла не осечка, а просто он не отвел затвор до упора и потому новый патрон не был дослан в казенник. Он уже вставал на ноги, когда леопард, налетевший на загонщиков, пустился обратно по тропе. Когда Борис поспешно выстрелил, зверь перекувырнулся и исчез в кустах.

— В кого вы стреляли? — спросил подошедший Думраон.

— В странного леопарда.

Затем они нашли следы крови на ближайших кустарниках. Поскольку становилось темно, они решили оставить преследование на полчаса и вернуться в лагерь, чтобы поужинать.

Отужинав, они продолжили поиск по кровавым следам и вскоре наткнулись на мертвого леопарда.

К их изумлению, зверь не был похож ни на одного из виденных ими леопардов. Он был абсолютно белым, если не считать пятен, которые вместо черного цвета были бледно-кремовыми или песочными. Можно было подумать, что это альбинос, но у него были не красные, а голубые глаза, и детальный осмотр показал, что это просто каприз природы.

Длина леопарда от носа до хвоста составляла 195 см. Шкуру тотчас отправили в Майсор в знаменитую меховую фирму Ван Инген и Ван Инген. Там произвели доскональное изучение шкуры и составили отчет. Единственная шкура, напоминавшая эту, была получена этой фирмой за сорок пять лет до того и имела совсем не товарный вид. Поэтому ее происхождение и нынешнее местонахождение неизвестны.

Полная информация была направлена фирмой бомбейскому обществу естественной истории, где все было должным образом зарегистрировано и отмечена уникальность зверя.

Впоследствии в бомбейском журнале «Естественная история» появилась статья о белом леопарде. Сообщение об этом уникальном трофее было также помещено в книге Артура Муссельуайта «Behind the Lens in Tiger Land» («С биноклем в стране тигров»). Магараджа умолял отдать ему шкуру, и Борис, к большому неудовольствию жены, так и сделал. В настоящее время шкура находится у сына магараджи Думраона.

Для объяснения феномена этой причудливой окраски шкуры леопарда выдвигались различные предположения. Если до этого случая считалось, что белых леопардов практически не существует, магарадже Рева ныне удалось вывести белого тигра, потомство которого обладало голубыми глазами и совершенно белой шкурой с темными полосками. Борис считает, что окраска белых тигров и леопардов обусловлена наличием определенных минералов в почве. Почти всех пойманных или добытых на охоте тигров находили в той самой местности, где Борис застрелил своего леопарда, т. е. в Бихаре, в районах Такари, Рева и Саргуя, географическом районе известняковых формаций. Можно предположить, что эта горная порода либо какая-нибудь другая, встречающаяся в тех местах, куда звери приходят на водопой или полизать соль, является причиной такой причудливой пигментации.

С охоты Борис привозил в качестве трофеев не только шкуры и рога, но и живых зверей. Был случай, когда он возвратился из Куч Бихара с шестиметровым питоном. Будучи до ужаса страшными, эти змеи не ядовиты. Покормить это чудовище не было проблемой, т. к. Борис обнаружил, что, проглотив живую курицу, питон может обходиться без еды несколько месяцев.

Борис сделал питона таким ручным, что мог прогуливаться с ним по парку Клуба-300, держа его на толстом поводке. Естественно, это было настоящей сенсацией. Борис даже собирался покрасить своего питомца в зеленый цвет с красными пятнами, но затем отказался от этой затеи.

Однажды, когда группа подвыпивших членов клуба собралась в баре, Борис незаметно привел питона и, неожиданно показав на него, крикнул «Змея!». Он ожидал воплей ужаса, но был разочарован: гости просто обернулись и спокойно продолжали беседу, лишний раз доказав, что алкоголь притупляет рефлексы. Позднее Борис передал змею в калькуттский зоопарк.

Гораздо более любимым и популярным в клубе стал леопард Пус-Пус, которого Борис нашел, когда тому было всего четыре месяца. Его держали во дворе клуба на привязи, и он вырос абсолютно ручным. Стоило Борису позвать его, как Пус-Пус огромными прыжками бежал к нему и начинал лизать руку хозяина. Были случаи, когда зверь срывался с привязи и вызывал настоящую панику среди обслуживающего персонала клуба, в особенности, пугая «durwan» ов (привратников). Борису ничего не стоило усмирить своего любимца. Хотя Пус-Пус был ручным, по словам Бориса, не стоило поворачиваться к нему спиной. Леопарды очень игривы, и когда весящий семьдесят килограммов зверь играючи прыгает вам на спину, вы не устоите на ногах.

Все дикие животные, по мнению Бориса, как и люди, отличаются индивидуальностью. Глупо было бы считать, что ручной леопард или даже тигр с возрастом дичают. Все зависит от индивидуального характера каждого из них. Если Пус-Пус всю жизнь оставался ручным и послушным, то другой леопард, которого Борис вылечил от рахита и которому промывал больные лапы, всегда оставался своенравным и диким.

Когда Пус-Пус вырос и стал зрелым леопардом, магараджа Думраона нашел ему невесту, и их обоих поместили в клетку во дворце Думраона. Каждый раз, когда Борис навещал его, большой, мощный зверь мурлыкал и позволял ему выводить себя на прогулку на поводке. Впоследствии Борис так же, как и питона, передал его в калькуттский зоопарк. Два года спустя Борис навестил его в зверинце и, как только позвал его по имени, Пус-Пус радостно бросился к решетке. Борис перелез через внешнее ограждение и через решетку сумел почесать животному голову. Огромный зверь мурлыкал так, словно в клетке сидела тысяча котов.

В те годы Борис проводил много свободного времени на охоте. Возвращаясь в Калькутту, он тосковал по волнующим и опасным охотничьим приключениям и красоте джунглей с их богатейшей фауной. Он с тоской вспоминал о том, как звери осторожно крадутся по бурому ковру из листьев в подлеске, как стада оленей, освещенных тусклым солнечным светом, пробивающимся сквозь огромные ветви величественных деревьев, пробираются к водопою. Борису снились открытые пространства заболоченных лугов, покрытых слоновой травой, холмистая равнина, прерываемая мутно-желтыми от песка реками и темно-синяя линия скрывающихся в дымке далеких подножий Гималаев. Только там, на природе, он мог забыть мятежный мир своей городской жизни.

Затем наступило то утро, когда заголовки в газете «Калькутта стейтсмэн» возвестили о наступлении нацистских полчищ в Европе. Начало Второй мировой войны ознаменовало конец целой эры даже в таком далеком уголке, каким была Калькутта. Жизнь в Клубе-300 потекла по иному руслу, и Борис решил, что его охотничьим вылазкам пришел конец.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Тигр на завтрак (fb2) | Либрусек

irukan про Карр: Пустышка. Что Интернет делает с нашими мозгами (Документальная литература) 09 09 Очень много букв. В принципе, всё содержание книги можно было уложить ровно в одну фразу: злоупотребление Интернетом мешает сосредотачиваться на длинных текстах. Но автору-то требовалось выжать из этой идем книгу.Оценка: неплохо Ридер 93 про Глебов: Бригадный генерал. Плацдарм для одиночки (Альтернативная история, Героическая фантастика, Космическая фантастика) 09 09 Весьма достойно. Товарищи офицеры, в момент прочтения не рекомендуется приземлять полет мысли автора к реальным армейским будням, ибо стоит помнить, что сие есть фантастика. Вывод - любителям фантбоевиков можно рекомендовать к прочтению.Оценка: хорошо ProstoTac про Васильев: Туда, где ждут тебя... [СИ] (Научная фантастика, Самиздат, сетевая литература) 09 09 Очень и очень достойно. Хорошая фантастика. mentor63 про Мухин: Патриотизм Путина. Как это понимать (Политика, Публицистика) 09 09 Я не о Путине, я о Мухине, не к ночи будь помянут. В России явно демократия - даже абсолютным неадекватам, сумасшедшим книги издают. При СССР автора однозначно лечили бы принудительно.Оценка: нечитаемо ttanya про Исигуро: Художник зыбкого мира [An Artist of the Floating World ru] (Современная проза) 09 09 хороший перевод И.А.Тогоевой ... спасибо ... да, описанные факты из жизни другой страны, да, ещё и после атомной бомбёжки - интересны ... но, изложение мне показалось каким-то энциклопедическим ... не осталось ………Оценка: неплохо chiun99 про Шаргородский: Видок. Чужая боль (Альтернативная история, Боевая фантастика) 09 09 Отличная книга. Да, я не укронацик, на Украине не был ни разу, но при виде красной звезды тоже хочется блевать. Всем срвкодрочерам - чтоб ваши дети жили в Совдепии, как я. Вечно... chiun99 про Дракмир: Верховный маг крепости Глад [СИ] (Боевая фантастика, Фэнтези, Самиздат, сетевая литература) 09 09 Картон. Очень не рекомендую. Вторая часть еще чудовищнее...Оценка: плохо nej про Харников: Балтийская рапсодия (Попаданцы) 09 09 Командир разведроты 879-го отдельного десантно-штурмового батальона капитан Александр Хулиович Сан-Хуан Поржал. Особенно с фамилии - СвятойХуан, хоть и Хулиович... Ладно, что не ПедритовичОценка: неплохо nej про Табашников: В паутине чужих миров. Рождение бога (Боевая фантастика, Ужасы, Попаданцы) 09 09 Мдя-а... К Юре явно пришла очень специфичная Шиза... Не понравилось мне напрочь. Где-то с десятой страницы применил скорочтение, дошёл до шестидесятой и увяз.Вроде и написано литературно и ошибок мало, но вот не читается и не воспринимается.Оценка: плохо sem14 про Варакин: Тайны археологии. Радость и проклятие великих открытий (История, Научпоп) 09 09 2fixx: Поздравляю, гражданин, соврамши© в который раз. На Либрусеке звиздим, что загрузил на Флибусту файл 25М, на Флибусте звиздим, что загрузил на Либрусек файл 25М и требуем отмены бана. А на деле в библиотеку Ершова ……… fixx про Перес-Реверте: Чистая кровь [Limpieza de sangre ru] (Исторические приключения) 09 09 первая книга серии = супер! за ночь прочитал. а вот продолжение очень скучновато.... fixx про Кинг: Гвенди и ее шкатулка [Gwendy's Button Box ru] (Ужасы) 09 09 Английское название "Gwendy's Button Box" (в русском переводе ранее данную книгу называли "Пульт Гвенди"). Первая повесть из цикла "Касл-Рок / Castle Rock". Обещают ещё несколько повестей и рассказов. По моему Жанр: ………больше впечатлений

lib.rus.ec